Книга Курс 1. Декабрь, страница 143 – Гарри Фокс

— Садитесь, — буркнул он, махнув рукой в сторону парт. — Конспекты на стол.

Мы плюхнулись за первые попавшиеся парты, с грохотом отодвигая стулья. Я выложил перед собой три толстых тетради с конспектами — идеальные, аккуратные, с цветными пометками. Катя постаралась. Громир с надеждой водрузил на стол свою папку, из которой тут же вывалился один лист и плавно спланировал на пол.

Вайс поднялся и медленно, с чувством собственного достоинства, прошёлся между рядами. Он заглядывал в тетради студентов, хмыкал, иногда останавливался и вчитывался в строчки. До нас дошёл не сразу. Он словно смаковал наше ожидание.

Когда он остановился рядом с Громиром, в аудитории повисла такая тишина, что было слышно, как скрипят перья в руках других студентов.

Вайс взял папку, полистал её, нахмурился, полистал ещё раз. Издал звук, похожий на кашель, смешанный с хрипом. Громир побледнел так, что даже веснушки, кажется, исчезли.

— Громов, — протянул Вайс, — это что?

— Конспекты, профессор, — Громир смотрел на него глазами нашкодившего щенка, который только что разгрыз любимые тапки хозяина.

— Это, — Вайс ткнул пальцем в лист, исписанный аккуратным почерком Зигги, — написано по истории магии четвёртого века. Про междоусобные войны вампиров и оборотней. А у меня, — он поднял глаза на Громира, — курс — магия девятого века. Золотой век артефакторики. Вы понимаете разницу?

Громир открыл рот, закрыл, снова открыл. Издал какой-то писклявый звук.

Я замер, чувствуя, как для друга сейчас решается судьба.

— Но… — наконец выдавил Громир.

— Но я сегодня добрый, — перебил Вайс, и на его губах — о, чудо! — мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее улыбку. — Раз уж принесли хоть что-то, хоть и не по теме, ставлю автомат. Прилежание и ответственность, Громов, иногда важнее знаний. В следующий раз будьте внимательнее, когда списываете.

Громир выдохнул так, что, кажется, стекла в окнах дрогнули, а с ближайшей парты слетел листок бумаги.

— Спасибо, профессор! — выпалил он, и в его голосе слышалось столько искренней благодарности, будто Вайс только что спас ему жизнь.

— Арканакс, тоже автомат. Бегите уже оба, — махнул рукой Вайс, возвращаясь к своему столу. — А то от вас голова болит. И вид у вас такой, будто вы всю ночь по академии носились, а не готовились.

Мы вылетели из аудитории, едва не сбив с ног какого-то бедного старшекурсника, и в коридоре, отбежав на безопасное расстояние, расхохотались. Громир смеялся так, что держался за живот, а я — так, что слёзы выступили на глазах.

— Я думал, всё, — выдохнул Громир, сползая по стене на корточки. — Думал, конец. Думал, сейчас он меня закопает прямо в этой папке.

— Живучий ты, — я хлопнул его по плечу и помог подняться. — Ладно, у меня следующий через полчаса. Леди Мортон. Говорят, она добрая, но кто знает.

— Удачи! — крикнул он вслед, когда я уже развернулся и рванул дальше. — Роб! Спасибо!

Я только махнул рукой, не оборачиваясь. Впереди был ещё целый день беготни, но после двух побед подряд я чувствовал себя почти непобедимым. Почти. Потому что впереди маячил магистр Элиан, и одна мысль о нём заставляла внутренности сжиматься в тугой узел. Но об этом я подумаю позже. Сейчас — леди Мортон и алхимия.

* * *

К леди Мортон я пришёл заранее. Впервые за сегодня у меня было целых пятнадцать минут запаса, и я чувствовал себя почти неприлично роскошно. После утреннего марафона по коридорам, после столкновений с Громиром и проницательным взглядом Вайса, возможность просто идти, не бежать, казалась настоящим подарком судьбы.