Книга Курс 1. Декабрь, страница 150 – Гарри Фокс

— Спасибо, магистр, — я взял лист с чувством выполненного долга и невероятным облегчением.

— Идите уже, — махнул он рукой. — И передайте Волковой, что она молодец. Скажите, что я жду её на артефакторику в следующем году. Пусть приходит, не стесняется.

Я кивнул и направился к выходу. У двери обернулся — Элиан уже сидел, уткнувшись в какой-то древний фолиант, и, кажется, забыл о моём существовании.

Я вышел в коридор, прикрыл за собой тяжёлую дверь и выдохнул так, что, наверное, сдул пыль с каменных стен.

Всё. Все зачёты сданы. Сессия почти позади.

Я прислонился к стене, чувствуя, как адреналин отпускает, и на его место приходит дикая, всепоглощающая усталость. Ноги гудели, руки дрожали, голова была тяжёлой, как после хорошей попойки. Но внутри разливалось тёплое, приятное чувство — я справился. Я реально справился.

— Катя, — прошептал я, доставая коммуникатор. — Всё сдал. Спасибо тебе.

Через минуту пришёл ответ: «Я знала, что ты сможешь. Отдыхай сегодня. Ты заслужил »

Я улыбнулся и убрал коммуникатор. Ноги сами понесли меня к выходу из подвала, вверх по лестнице, к свету, к свободе. Впереди был вечер в комнате с друзьями, а завтра — последний рывок. Доклад. Но это завтра. А сегодня — я герой.

* * *

Я толкнул дверь комнаты и буквально ввалился внутрь, чувствуя, как ноги отказываются держать после сегодняшнего марафона. В комнате царил полумрак — горел только один магический светильник над столом, отбрасывая мягкие тени на стены.

Громир развалился на своей кровати, раскинув руки в стороны и уставившись в потолок. Он даже не шевельнулся, когда я вошёл — только грудь мерно вздымалась, выдавая, что он ещё жив. На его лице застыло выражение полного, абсолютного блаженства, какое бывает у человека, который только что избежал неминуемой гибели.

Зигги сидел за столом и что-то сосредоточенно строчил в своём неизменном блокноте. Очки он поправил уже раз десять за те несколько секунд, что я на него смотрел, а на щеке всё ещё красовалось то самое пятно сажи, которое он даже не подумал стереть.

— Ну как? — спросил он, поднимая голову и окидывая меня взглядом.

Вместо ответа я просто рухнул на свою койку. Пружины жалобно скрипнули, принимая моё обессилевшее тело. Я закрыл глаза и выдохнул так, что, кажется, сдул пыль с книжных полок.

— Всё, — выдавил я, не открывая глаз. — Сдал. У всех. Я свободен.

— У меня тоже, — в голосе Зигги послышалась улыбка. Я приоткрыл один глаз и увидел, как он довольно поправляет очки.

— Я вообще гений, — буркнул Громир с кровати, но в его голосе слышалась неподдельная гордость. Он даже приподнялся на локтях, чтобы мы оценили всю глубину его гениальности. — С натягом, но как ни странно сдал!

— Так ты же у Элиана на коленях умолял зачёт поставить, — удивился Зигги.

— Ну и что? — Громир снова рухнул на подушку. — Главное добиться цели, а на методы плевать.

Мы замолчали. Тишина была тёплой, уютной, какой-то домашней. За окном уже давно стемнело, и магические фонари заливали снег мягким, голубоватым светом. Снежинки медленно кружились в воздухе, иногда прилипая к стеклу и тут же тая — магическое тепло делало своё дело даже здесь.

Я смотрел в потолок, слушал, как тикают старые часы в углу, как посапывает Громир, как Зигги изредка шуршит страницами блокнота. И вдруг понял, что улыбаюсь. Глупо, широко, до ушей.