Книга Мой сводный Амир. Я тебя укрощу, сестрёнка!, страница 30 – Алекс Стар

Нет. Только не это. У меня внутри все обрывается.

— Нет! — кричит Карина, пытаясь прикрыть Лизу собой. — Оставьте ее!

Виктор с силой отталкивает Карину, она ударяется головой о стену и затихает, оглушенная. Он хватает Лизу за волосы и с силой тянет ее на середину комнаты. Та молча, в ужасе, бьется в его руках, но он сильнее. Его напарник, тощий, с хищной ухмылкой, помогает ему, прижимая Лизу к грязному полу.

— Держи ее крепче, Сань!

То, что происходит дальше, — это самый отвратительный и жестокий спектакль, который я когда-либо видела. Они не просто насилуют ее. Они унижают.

Виктор одним рывком спускает с нее штаны, рвет ее трусики. Лиза издает звук, похожий на предсмертный хрип, когда он грубо входит в нее. Она закатывает глаза, ее тело бьется в конвульсиях, но они держат ее мертвой хваткой. Потом его сменяет второй, Санек. Они делают это по очереди, как дикие животные, смеются как грязные похотливые гиены, и я закрываю уши, чтобы не слышать их пошлые комментарии и похабные шуточки.

Я сижу, вжавшись в стену, и не могу отвести глаз. Я хочу закрыться, но не могу. Это нужно видеть. Нужно помнить. Потому что я следующая. Я понимаю это с ледяной ясностью. Они просто начали с нее.

Звуки… Звуки самые ужасные. Хлюпающие, влажные звуки, прерывистое дыхание мужчин, их похабный смех. И тихий, почти беззвучный стон Лизы. Она уже не кричит. Она просто лежит, уставившись в потолок пустыми, мертвыми глазами.

Когда они заканчивают, они отходят от нее, поправляя одежду. Лиза неподвижна. Она даже не пытается прикрыться. Просто лежит на голом бетоне, маленькая и сломанная.

Тишину нарушает Виктор. Он все еще возбужден, злобно оглядывается.

— Мало, — сипит он. — Одной шлюхи нам мало. Давай главную возьмем, Артур, а? Ну что она, испортится? Мы же ее не помнем, только попробуем.

Артур молча смотрит на него. Я вижу, как в его глазах борются похоть и расчет.

— Я сказал нет. Она уходит нетронутой. Или ты хочешь объясняться с самим боссом?

— Да нахуй твоего босса! — внезапно взрывается Виктор. Видимо, алкоголь и адреналин дают о себе знать. — Я здесь кровь проливаю, а он потом на всем готовом приедет! Я хочу эту сучку! Сейчас! И точка!

Он делает резкий шаг ко мне. Его глаза наливаются кровью. Санек подхватывает его порыв, они уже оба идут ко мне.

Артур пытается их остановить:

— Ты совсем охуел? Я тебе тут приказы даю!

— А я тебе нахуй посылаю! Девку давай!

В этот момент они забывают обо всем. Это уже дикая голодная стая ублюдков, где прав тот, кто сильнее. Их спор перерастает в драку

И в этот момент Виктор, оттолкнув Артура, с диким рыком бросается ко мне. Его грязные, потные руки впиваются в меня, он тащит меня за волосы, пытаясь прижать к полу. Я кричу, бьюсь, царапаю ему лицо, но он сильнее. Он уже пригвоздил меня к полу своим коленом, его лицо с перекошенной от похоти ухмылкой над моим.

— Ничего страшного, тебе понравится, сучка, — его глумливая мерзкая рожа уже склоняется надо мной, и я вижу, как стекает слюна с уголка его грязного раззявленного рта…

Я закрываю глаза, я уже готова к этому.

Почти к смерти. И ничто меня уже не спасет.

Мир сужается до жгучей боли в коже головы, до мерзкого запаха его перегара и пота, до тупого давления колена в живот. Я пытаюсь дышать, но воздух не проходит, в горле стоит комок панического крика. Это все. Больше никто не придет. Это конец.