Книга Мой кавказский друг мужа, страница 58 – Юлианна Шиллер

Но сейчас только я один, словно последний свидетель пробуждения этого бетонного мегаполиса, который молчаливо и покорно раскрывается передо мной, подобно морю, расступившемуся перед древним пророком.

Руки сжимают руль. В зеркале заднего вида мелькают фары трёх чёрных внедорожников, идущих за мной плотным строем. Моя группа. Двенадцать человек, натренированных убивать быстро и эффективно. Люди, которые не задают вопросов и не испытывают угрызений совести.

Телефон на соседнем сиденье вибрирует. Максим.

— Босс, мы в двух минутах от точки рандеву, — его голос искажён помехами, но я улавливаю каждое слово. — Группа Два уже на месте, ждут приказа.

— Отмена рандеву, — рявкаю в ответ, выворачивая руль влево и ныряя в переулок. — Я веду. Следуйте за мной. Никаких остановок.

— Но протокол...

— К чёрту протокол, Максим. Каждая секунда, которую мы теряем на ваши грёбаные построения, может стоить ей жизни.

Пауза. Слышу, как он сглатывает.

— Принято, босс. Следуем за вами.

Сбрасываю вызов и вдавливаю педаль газа в пол. Двигатель ревёт, как раненый зверь, и машина рвётся вперёд, словно чувствуя мою ярость.

Ника.

Её имя пульсирует в висках, как мигрень, от которой невозможно избавиться. Я вижу её лицо за каждым поворотом, слышу её голос в каждом скрипе тормозов. Та ухмылка, которую она бросила мне прошлой ночью, когда я называл её упрямой. Та дрожь в её голосе, когда она шептала, что ненавидит меня за то, что заставил выбирать.

Выбирать.

Она выбрала. И её выбор привёл её к Воронову.

Внезапно в голове вспыхивает мысль: а что, если я ошибаюсь? Что, если она не предала меня, а просто... просто решила, что справится сама? Что, если в её голове существует какой-то план, который я, в своей слепой ярости, не могу разглядеть?

— Чёрт бы тебя побрал, — шепчу, обгоняя медленно ползущую фуру. — Ты могла просто разбудить меня. Ты могла просто сказать.

Я знаю ответ. Она промолчала, потому что понимала: стоило бы ей сказать, и я не позволил бы ей уйти. Я бы запер нас в этом проклятом лофте, превратив его в крепость, и не выпустил бы её ни на шаг, пока опасность не осталась бы позади. Ведь я умею только брать ситуацию под жесткий контроль, защищать любой ценой, удерживать, даже если для этого придется стать тюрьмой.

А она... она не из тех, кого можно удержать.

МКАД остаётся позади, и пейзаж за окном постепенно преображается, словно город постепенно уступает место другому миру. Громоздкие московские высотки сменяются ухоженными подмосковными коттеджами, которые в свою очередь растворяются в простоте редких деревень, а затем дорога плавно уходит в гущу леса.

Высокие сосны нависают над шоссе, образуя мрачный зелёный туннель, сквозь который с трудом пробиваются первые лучи утреннего солнца. Воздух наполняется терпким ароматом хвои и влажной земли, этот первозданный запах будто подчёркивает разительный контраст с суровой реальностью того, что мне предстоит совершить.

Телефон снова оживает.

— Босс, — голос Максима напряжён. — Тепловизоры засекли движение на объекте. Минимум четыре единицы.

— Охрана?

— Похоже. И ещё... — он запинается. — Засекли один автомобиль, уходящий в противоположном направлении. Чёрный седан, тонированные стёкла. Скорость — выше допустимой.

Сердце пропускает удар.