Книга Отогрею твою душу, страница 26 – Евгения Чащина

— Что случилось? — спрашиваю, тут же разогнав сон.

— Едем к вам с Анастасией Викторовной, ждите.

— Еще раз, Федор, что случилось? — сон как рукой сдуло. Моментом просто.

— Все на месте. Анастасия Викторовна сама расскажет.

Остальные полчаса их пути как на иголках. Что случилось? Мирное небо над их домом царило с тех пор, как они его построили. Каждый кирпич с любовью, вместе, наконец свое собственное гнездышко с нуля. Такое, как им обоим нравится. Хотя, конечно, Сага больше прогибался под мнение Стаси, которая всегда считалась с ним. Безукоризненно вежливая.

Заглянул к пацанам. Безмятежно спят. Таир, по привычке с младенчества, на животе. Илюха развалившись, как царь, на всю кровать. Каждый раз, когда смотрю на пацанов, думаю, кто все же больше похож на Сагу. Оба копия отца. Но Илюха, более спокойный, все же, наверное, больше папкин сын. Он спокойнее, чем батя, но такой же царь по натуре своей. А Таир — боец. Как Стася. Хоть и бешенный в моего дружбана. Забавные они парниши. Себе таких хочу. И давно пора. Но... слишком много но.

Я моментально хмурюсь, когда Стася появляется в кухне с автолюлькой.

— Сага?.. — мои глаза округляются от ужаса.

— В порядке, поехал по делам. Гур, серьезный разговор. Сфокусируйся, как только ты умеешь, и выслушай меня.

Стася ставит автолюльку, в которой миролюбиво спит Аля, на стол, и поворачивает ко мне.

— Голоса только не повышай.

— Да понял, не тупой.

— Ты захочешь, — предостерегает меня, и я даже не представляю, что ждет меня в ближайшие минуты.

— Ева в беде. Ты был прав. Мы с Ильей зря не прислушались вовремя.

Далее настали минуты моего личного ада. Когда я услышал, что произошло, всё внутри похолодело. И умерло. Какого хуя я тормозил, слушал их, а не действовал, когда чувствовал, что нужно? Уебан.

— Немцов. Общались, помню, примерный образ имею. Чувак явно дамский угодник и коллекционер. Он подкатывал ко мне, пока моя беременность не стала очевидной. Только тогда переключился на другую жертву. Но, опять же, исходя из моего опыта, он не давит. Готов выжидать, пока дама сама не поплывет в его объятия. Это дает мне призрачную надежду на то, что Еву сегодня ночью не обидят.

— Мне нужно сделать пару звонков, — с трудом обретаю способность говорить.

А вот далее мозг работает очень живо. Пара звонков, и я знаю, что Ева уже легла спать, Немцов уехал догоняться к любовнице, и все относительно спокойно в данный момент там.

— Сука, — выдыхаю, опираясь локтями на стол.

— Это точно будет первым словом моей дочери, — выдыхает негромко Стася, погладив пальчики спящей Али.

— Прости.

За последние минуты я, кажется, повторил это миллион раз.

— Это ты прости. Ты говорил. И в тот момент, когда мы должны были услышать тебя, мы обратно нырнули в свои травмы. А ведь долг платежом красен.

— Это уже неважно. Я вас не виню, вы были правы. Я мог параноить из-за неуместных чувств к красивой бабе. Я помню Вартана с тобой. Та еще картина была.

Кивает. Когда Ильи и Вартана нет, мы с ней можем затрагивать эти темы, не боясь вызрыва ни с одной стороны.

— Я была виновата во многом сама. Ева ни в чем не виновата. Девушку нужно спасать. Ситуацию, в которой она оказалась, я бы врагу не пожелала, а я была в схожей.

Стася подходит ко мне, отнимает ладони с моего лица и заставляет посмотреть на неё.