Книга Порченая для ледяного дракона, страница 71 – Анна Батлук

— Госпожа, когда вы планируете снять покрывало?

Кухарка по-всякому пыталась выведать с чего это мне пришло в голову спрятать лицо, но я стоически молчала. А тут вдруг, задобренная травяным чаем, мечтательно произнесла:

— Дадут боги, через две недели сниму.

Захария насторожилась. Они с Гулирой естественно обсуждали срок присутствия дорогих гостей.

— Это вы из-за уважаемых даков так нарядились?

— Да что ты, конечно нет.

Прозвучало это фальшиво и кухарка всплеснула руками.

— Да что же вы творите, госпожа?! Как же вы замуж-то выйдете, если даже от таких женихов нос воротите?

— По-моему, все три года я демонстрировала полное нежелание туда идти.

Захария махнула рукой.

— Глупости. Все женщины хотят замуж.

Я закатила глаза – этот разговор кухарка начинала уже не в первый раз, но теперь я хотела бы почерпнуть из него кое-что новенькое.

— Сомневаюсь, что даки приехали на Дальнюю гору искать невест, - сказала равнодушно, но внути все дрожало. Чтобы скрыть нервозность, я сделала маленький глоток чая.

— Да вроде бы не за этим, - кухарка разочарованно вздохнула. – Сидят сиднем в городском Совете, документы проверяют. У них и так времени нет в таверне посидеть, на девушек посмотреть, а вы еще и лицо прячете.

У меня на сердце отлегло – Расмус явился на Дальнюю Гору по рабочим вопросам! Не за тем, чтобы найти сбежавшую жену. Я едва не расцеловала Захарию, несмотря на то, что смотрела она подчеркнуто недовольно.

— Не понимаю, чему вы, госпожа, радуетесь, - поджала губы повариха. – Не выйдете замуж в ближайшее время - помрете старой девой.

Мне упоминание смерти не понравилось, и потому я обиженно буркнула:

— Я уже замужем.

Быстро поправилась, заметив взгляд Захарии:

— За таверной, Захария. Она меня и кормит, и поет, и потребности удовлетворяет.

— Шутите все, - пробурчала повариха и обиженно отошла. Я заглянула в пустую уже чашку и неожиданно для самой себя спросила:

— Так значит уважаемые даки не женаты?

— Колец вроде бы нет.

Удивительно, что Магрит за три года не женила Расмуса на себе. Неужели мой несостоявшийся муж в принципе против женитьбы, и конкретная Адамина Свеншард не виновна в ненависти супруга? Хотя что это меняет?

Я усмехнулась и покинула кухню.

Я наловчилась под разными предлогами утром и вечером оставлять в харчевне Гулиру, или Захарию. Сложностей не возникло – из-за даков посетителей было немного, а служанка сама стремилась чаще встречаться с Ульрихом. Судя по рассказам Гулиры, если бы по взгляду можно было забеременеть, у нее бы уже было трое детей. Но дальше взглядов (подозреваю, что только со стороны служанки) дело не шло.

Но через неделю везение мое кончилось – Расмус явился в таверну посреди дня. Гулира отпросилась на пару часов к семье, а Захария занята была на кухне, так что возможности сбежать у меня не имелось. В тот момент, когда дак зашел в таверну, я как раз убирала со стола, так что побег смотрелся бы максимально странно.

Голова от ужаса закружилась, и я едва не уронила тарелку, которую ставила на поднос. Не понимаю, почему так отреагировала – ни одного повода подумать, что Расмус меня узнал, не имелось.

Совершенно точно ему сейчас было не до меня. Дак выглядел потухшим, каким-то осунувшимся и, кажется, немного пошатывался. Он не был пьян – пьяным я его видела три года назад и вид запомнила на всю жизнь, а потому меня облик Расмуса насторожил. Я осторожно поставила последнюю тарелку на поднос и застыла, наблюдая из-под низко надвинутого покрывала. Дак даже не поздоровался – словно не заметил. Словно все силы бросал на то, чтобы дойти до комнаты.