Книга Чистильщик, страница 41 – Ксения Чепкасова

Так, не отвлекаемся! А то засмотрелся на эти трусики (стринги, кстати) и чуть не пропустил удар. Острый самурайский меч поцарапал руку и порвал рукав. Эх, а ведь это была совсем новая толстовка.

Аканэ вложила столько силы в этот удар, что не удержала равновесие и случайно налетела на стену. Да еще как раз в том месте, где были какие-то кнопки. Что-то громко загудело, над потолком замигала красная лампочка. И механические двери морозильника начали быстро закрываться.

Аканэ принялась наугад бить одной рукой по кнопкам, а другой — что-то нажимать на наушнике. Но двери уже почти закрылись. Тогда она с громким ругательством, не подходящим для девушки, побежала вперед и успела выскочить обратно в коридор.

Я бросил крюк на пол и кинулся к Мише. Ухватив его за руки, потащил по полу к выходу. Но Миша был таким тяжелым, что двигался я медленно. Я весь сморщился от напряжения, а из моего рта вырывались облачка пара. Я двигался спиной к двери и слышал, как она скрипит, готовая прямо сейчас захлопнуться до конца.

И я, и прекрасная наемница понимали, что современные морозильники оснащены автоматикой и защитой от краж. Если двери сейчас захлопнутся, открыть их сможет только местный работник с доступом.

— Быстрее! Давай! — кричала Аканэ.

Вернуться и помочь мне она, естественно, и не подумала.

Я уже почти добрался, и тут услышал грохот закрывшейся двери. Я тут же налетел на нее спиной, и все погрузилось во мрак. Следом снова вспыхнула красная лампочка. Только она больше не мигала — горела ровно, давая хоть какое-то освещение.

Отпустив Мишу, я развернулся и начал как безумный барабанить по двери. Но она закрылась намертво. Через небольшое круглое окно я видел испуганное лицо Аканэ. Она что-то кричала мне, но здесь была полная звукоизоляция. Я знаками дал понять, что не слышу ее и что не могу открыть дверь. Она тоже знаками показала, чтобы я оставался на месте. Ты дура? Куда же я теперь отсюда денусь? Затем она побежала куда-то и исчезла.

— Вернись! — заорал я, снова разбивая кулаки об дверь.

Но девушка больше не появлялась. Надеюсь, она побежала за помощью. Раз она не хотела повредить мне во время нашей очередной (уже третьей) драки, значит ей было велено доставить меня живым.

По крайней мере, так я себя утешал.

Вдруг я услышал позади себя знакомый голос Миши:

— Перестань бить по двери, ты все равно ее не откроешь. Береги силы.

Я медленно обернулся. На меня смотрел жутко бледный Миша с окровавленной головой. Я снова видел душу.

Я никогда не боялся души умершего. Но тут замер и похолодел (хотя, казалось бы, похолодеть сильнее в морозильнике просто невозможно). Мне стало так жутко и тоскливо. Так дико захотелось выломать эту чертову дверь и сбежать отсюда.

Черт, опять сбежать! Ну почему это мое единственное стремление в жизни?

Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул облачко пара. Я пытался принять мысль о том, что мой единственный приятель только что помер, а теперь его призрак стоит передо мной.

— Прости меня, Миша, — горестно сказал я, — Мне так жаль…

— Чего тебе жаль?

— Ну, ты это… Как бы помягче сказать.

— Да говори уже как есть.

Я даже голову втянул в плечи. Почему-то стало неловко.

— Ты…ты умер.

Миша поднял руки и посмотрел на них. Странно, но они не были полупрозрачными. Очень бледными, почти белыми. Но все-таки не прозрачными. Миша пощупал свое тело и выдал вердикт: