Книга Ледяное сердце дракона, страница 2 – Дана Кор

Поворачиваюсь к старому сундуку в углу — тому самому, что отец притащил когда-то из дальних стран. Откидываю крышку. Под грубыми одеялами лежит его дорожный мешок: плотная шерстяная накидка с серебряной пряжкой в виде волчьей головы, нож с костяной рукоятью, фляга, что не дает воде замерзать, и… маленький сверток из промасленной кожи. Я знаю, что внутри: три серебряные монеты с профилем короля, которого уже нет в живых, и медальон матери — тот самый, что она просила передать «тому, кто достоин».

Кладу медальон на ладонь. Он еще теплый — будто помнит ее сердцебиение.

— Я вернусь, папа, — шепчу я в пустоту. — И ты будешь жить.

Открываю дверь. Ветер бьет в лицо ледяными иглами. За порогом — белая мгла. Деревня Элдервуд уже спит, только редкие огоньки в окнах дрожат, как загнанные звери. Я ступаю на утоптанную тропу, что ведет к северным отрогам, и снег тут же заметает мои следы — словно мир желает стереть меня.

Путь до подножия Монтеры — три дня через Волчий Лес и Ледяные Поля. Говорят, там водятся не только волки.

Но выбора у меня нет. Отец должен жить. И я готова на все, если есть хоть малейший шанс на спасение.

* * *

Тяжело дышу, впиваясь пальцами в скользкие камни, покрытые тонким слоем снега и льда. До вершины было добраться тяжело. В какой-то момент мне уже показалось, что я сдамся, но нет, силы не подвели, и наконец-то я тут.

Ветер на вершине яростно хлещет по лицу, словно пытается согнать меня с узкой тропы, ведущей к пику. Я уже потеряла счет часам этого изнурительного подъема, да и ноги горят огнем, каждый шаг отзывается болью в икрах и ступнях. Но я все равно иду, опираясь на палку, что нашла пару часов назад. Она стала неплохим спутником.

Спустя почти час передо мной в самом деле появляется замок. Тот самый, из слухов и легенд. Древние стены из серого камня, поросшие густым мхом и толстым слоем вечного льда, башни, уходящие в небо. Крыша одной из башен давно обвалилась, окна зияют черными провалами, а ворота, выкованные из тяжелого черного железа, висят криво на одной-единственной петле.

Меня посещает дикая мысль, а тут точно кто-то может жить? Я не ошиблась адресом? Если второе, то это провал… От этой мысли слезы наворачиваются на глаза, но я моргаю их прочь — плакать некогда, отец не может ждать.

Собрав остатки сил, которые еще теплятся в натруженном теле, подхожу к воротам и толкаю их плечом. Они поддаются с протяжным стоном, словно замок сам вздыхает от прикосновения человеческой руки. Осторожно вхожу внутрь, оглядываясь по сторонам, сердце колотится так громко, что заглушает даже вой ветра.

Двор, конечно, огромный, но зарос дикими сорняками и кустами. В воздухе висит тяжелый запах плесени и сырости. То еще зрелище, довольно пугающее, будем честны.

Дверь я дергаю с опаской, вдруг это строение, что дышит на ладан, разрушится? Вхожу внутрь, полы скрипят так, что у меня сердце замирает. А что, если… обманула меня знахарка? Она так-то женщина возрастная, может, у нее уже проблемы с головой? Ну разве жил бы дракон в таких вот… условиях?

Тьма внутри замка глотает меня целиком, будто шагнула в пасть древнего зверя. Холод здесь не просто воздух — он живой, цепкий, просачивается под одежду, кусает кожу. Замираю на пороге зала, прижимая палку к груди, словно она может защитить от того, что таится в тенях.