Книга Измена. На бис!, страница 77 – Ася Вернадская

Я киваю.

Да, завтра премьера. И мне нужно выйти и станцевать так, чтобы Милана поняла, что меня ДЕЙСТВИТЕЛЬНО никто никогда не заменит. Особенно она.

Утро премьеры встречает меня солнцем.

Я просыпаюсь рано, хотя могла бы позволить себе поспать подольше. Спектакль только вечером. Но сон не идёт. Лежу на спине, изучаю потолок, прислушиваюсь к звукам за стеной. Катя собирается на работу. У неё сегодня занятия в музыкальной школе. Она, как и моя мама, преподаватель. Только мама учила детей фортепьяно, а Катя — скрипке.

В окно бьёт яркий, почти весенний свет. Занавески колышутся от лёгкого сквозняка. Я встаю, подхожу к окну и вижу, что снег на карнизах искрится миллионами крошечных звёздочек. Солнце сегодня такое, будто специально для меня пробилось сквозь тучи, чтобы напомнить: всё будет хорошо.

Катя заглядывает в комнату, уже одетая, с сумкой через плечо.

— Проснулась? — спрашивает она. — Я убегаю. Ты как, справишься?

— Справлюсь, — улыбаюсь я. — Ты иди, не опаздывай.

— Удачи, Ада. — Она подходит, обнимает меня крепко. — Ты будешь великолепна.

— Спасибо.

Катя убегает, а я остаюсь одна в пустой квартире. Я иду на кухню, наливаю себе кофе, делаю бутерброды с колбасой. В голове прокручиваю предстоящий спектакль. Каждое движение, каждый выход, каждую поддержку. Я знаю эту партию до автоматизма, но всё равно нервничаю. Наверное, каждая балерина переживает перед премьерой.

Долго отмокала в ванной, вышла только когда вода практически остыла.

Заворачиваюсь в махровый халат. Сажусь перед трюмо. Включаю фен.

Гул заполняет комнату. Пальцы сами наматывают пряди на круглую щётку, вытягивают, укладывают. Волосы сегодня послушные, мягкие, блестящие, ложатся волнами. Раньше я думала, что это мелочь. Теперь знаю: когда голова в порядке, когда волосы уложены, уже легче.

Макияж наношу только чуть-чуть. Тональный крем, тушь, прозрачный блеск для губ с мятным запахом. Вечером, перед спектаклем, будет боевой раскрас: стрелки, красная помада, скульптурирование. А пока пусть лицо отдыхает.

Разглядываю себя в зеркало. Вроде ничего.

Потом начинаю собираться. Достаю из шкафа пуанты, проверяю лямки: тяну, смотрю, не ослабли ли. Грим, кисти, спонжи — всё в косметичку. Беру две пары запасных колготок, мало ли что. Пластырь, ватные диски, мицеллярка, булавки на всякий случай.

Раскладываю всё на кровати. Окидываю взглядом. Проверяю по списку, который давно уже хранится в голове. Укладываю в сумку. Проверяла всё раза три.

Катя сказала бы: «Сдурела? Там же всё одинаково». Может и сдурела. Но лучше три раза перепроверить, чем потом перед сценой, за минуту до выхода, понять, что забыла что-то.

Сумка застёгнута. Стоит у двери. Всё. Я готова.

В театр приезжаю за три часа до начала.

За кулисами уже кипит жизнь. Рабочие сцены проверяют крепления, осветители настраивают софиты, помощник режиссёра носится с рацией и списками. Костя встречает меня у входа в гримёрку, поправляет подтяжки на брюках.

— Прима прибыла, — объявляет он с улыбкой. — Волнуешься?

— Нет, — отвечаю честно. — Сегодня странное спокойствие.

— Это хорошо. — Он кивает. — Значит, будет твой день.

Я захожу в гримёрку. Сегодня она у меня отдельная, с собственным ключом, так решила Мария Витальевна после вчерашних событий. Помещение просторное, с большим зеркалом в лампочках, удобным креслом и даже маленьким диванчиком у стены. Платье для первого акта уже на манекене, раскладываю пуанты, начинаю готовиться.