Книга Ночной скандал, страница 114 – Аннабел Брайант

— Я уже признался. — Мэтью отодвинул занавеску и выглянул в окно. Они подъезжали. Станет ли Киркмен болтаться под ногами? Вчера вечером в клубе «Уайтс» Мэтью пытался навести справки о его местонахождении, но толком ничего не узнал. Сделал ли этот тип предложение еще раз? Или, что еще хуже, не убедил ли кто Теодосию, что брак с Киркменом может быть очень даже ей полезен?

Мэтью собирался написать письмо. Справиться о ее благополучии и спросить, устроилась ли жизнь лорда Тэлбота в привычном режиме. Сначала он хотел дать Теодосии время, чтобы свыкнуться с той новостью, что сообщил ей доктор Флетчер. Но пролетела неделя, Мэтью взял бумагу и перо — но слова не шли к нему. Он сидел за письменным столом и гадал, как было бы воспринято письмо, в котором снова и снова повторялась бы строчка: «Мне вас не хватает». Он не хотел настаивать на своих чувствах, понимая, что Теодосия предпочла бы сдержанность, и не имея оснований считать, что высоко стоит в ее глазах. Ведь в Британском музее она определенно отклонила его признание.

Когда написать письмо не получилось, Мэтью задумался о каникулах. По городу и шагу не ступишь без напоминания о том, что Рождество стремительно приближается. Теодосии будет одиноко наедине с печальными новостями от доктора Флетчера. Перед поездкой в Лондон она наверняка принимала перемены в поведении лорда Тэлбота и жизнь вообще как норму. Но разговор с доктором не оставил возможности закрывать глаза на будущие перспективы. Это тяжелая новость, с которой трудно свыкнуться, если ты один, особенно когда на дворе самый веселый праздник года. Кроме того, разве не говорила она, что праздник Рождества — время радости, чтобы отметить конец года перед наступлением января и горестных воспоминаний о смерти родителей?

— Не припомню, чтобы вы настолько рьяно отдавались приготовлениям к празднику. А уж подарки! За нами едут целых две кареты, заваленные по самую крышу.

— Я везу Рождество в Лейтон-Хаус. Или ты полагал, я приеду с пустыми руками?

— Вот видите: я же говорил, что леди вас зацепила!

— Может быть. Но дело не только в этом. — Мэтью украдкой улыбнулся. — Я хочу, чтобы она оценила…

— Ваше присутствие рядом? — с преувеличенной живостью перебил Коггз.

— Нет, скорее мое отсутствие.

— Готов поспорить, что леди Лейтон будет счастлива вас видеть.

— Надеюсь, хотя на сей раз мы едем без приглашения. Опять-таки надеюсь, что нас примут с хорошими новостями.

Вдруг Мэтью задумался: а не совершает ли он ошибку? В это время года слуги и домочадцы сбиваются с ног и хлопот у них полон рот. Его неожиданный приезд добавит им работы. Хуже того — он пригласил еще и сестру с мужем, которые должны будут приехать к концу недели. Он надеялся, что Теодосия обрадуется их обществу. Блестящая затея, которой он так гордился, вдруг несколько померкла.

Карета остановилась, вздрогнув всем корпусом. Мэтью поймал свою трость на лету. Карета качнулась — это Джордж соскочил с козел. В следующий миг он услышал стук опускаемой лесенки. А в следующий момент, еще до того, как дверца кареты распахнулась и он выскочил наружу, предчувствие беды пополам со страхом накатило на него с такой силой, что от былого приподнятого настроения не осталось и следа.

Утерев слезы с глаз, Теодосия пробиралась среди останков сгоревшего дома своего детства. Она выскользнула из гостиной, где возле камина дремал дедушка и, набросив плащ — защиту от холода, — быстро зашагала в сторону этого самого места. Она не собиралась задерживаться надолго, всего лишь прошептать молитву, чтобы родители знали: она любит их и тоскует по ним. Это была ее собственная рождественская традиция, пусть и грустная; она не рассказывала о ней дедушке, чтобы его не тревожить.