Книга Ночной скандал, страница 140 – Аннабел Брайант

Дедушка мужественно сражался с болезнью, и по вечерам состояние его рассудка заметно уступало утреннему. Теодосия, с ее умом ученого, даже задумалась: не начать ли ей записывать и анализировать наблюдаемые факты? Время от времени он продолжал требовать джем и часто забывал закончить рассказ или предложение, но она радовалась периодам прояснения, когда он, казалось, снова становился здоровым. Этими моментами Теодосия дорожила больше всего.

Герцог и герцогиня Скарсдейл оказались именно такими, как описывал Мэтью. Доброжелательные и полные любви — не только друг к другу, но ко всему миру. Они понимали состояние дедушки и демонстрировали безграничное терпение, и их скорее очаровали необычные увлечения Теодосии и уникальные качества ее характера, нежели выискивание ее личных недостатков. Ей в основном удалось держать в узде свои нервы, и, чувствуя себя в безопасности, она могла шутить и смеяться с Амелией и ее супругом — они сделались добрыми товарищами. В Теодосии крепла надежда, что она сможет считать их своей семьей — сестрой и другом, не меньше.

Мэтью, с его умением очаровать кого угодно, на Рождество был в особенном ударе. Или таким его рисовала ей безграничная любовь, что росла в ее сердце? Одного присутствия Мэтью было достаточно, чтобы Теодосия улыбалась. Его умелые ласки наполняли теплом ее душу. Она не могла представить себе жизни без Мэтью, ее друга, союзника, любовника и — мужа. Теодосия снова посмотрела на рождественское полено, пылающее в камине. Наверное, одно желание у нее все-таки есть.

— Я предлагаю тост. — Скарсдейл поднял стакан портвейна, и остальные последовали его примеру. — За неожиданное удовольствие этого Рождества. За лорда Тэлбота и его щедрое гостеприимство. За Лейтон-Хаус и за его разнообразный и интереснейший вклад в науку. За приятное общество моей жены и шурина, но больше всего — за нашу прекрасную хозяйку, леди Теодосию.

— За много-много лет впереди и за новые праздники Рождества! — добавил дедушка и пригубил свое вино.

— Но прежде всего за семью, — возразила Амелия, с понимающей улыбкой обратив свой взгляд на мужа. — И за то, что еще впереди. — Она положила руку на живот, и их взгляды встретились.

— За любовь, — подхватил Мэтью. — За человека, предназначенного судьбой, чтобы разделить с ним жизнь. За любовь и понимание. За то, чтобы беречь и ценить друг друга. — Подойдя к Теодосии, он тихо продолжил: — За то, чтобы знать, что твоя любовь к твоей второй половинке взаимна.

Взгляды всех присутствующих обратились к Теодосии, и она почувствовала, как учащается ее пульс. Сколько она выслушала прекрасных слов, прочувствовала их сердцем! Теодосия невольно покраснела. Краем глаза она видела, как подмигнул ей дедушка. Его лицо сияло от гордости. В наступившем молчании на помощь ей снова пришел Мэтью. Подошел к ней, встал рядом и взял за руку.

— Несколько месяцев назад я приехал в Лейтон-Хаус с разведывательной и даже научной миссией. — Он обменялся быстрым взглядом с Теодосией, прежде чем вновь обратиться к присутствующим, которые пили вино и внимательно слушали. — Я и понятия не имел, что именно найду, но мне прежде всего нужна была правда, в самой простой форме. — Он обернулся к ней, и она нервно прикусила нижнюю губу.

Мэтью выглядел просто сногсшибательно. Безупречного кроя вечерний костюм, золотисто-карие глаза, от взгляда которых у Теодосии теплело на душе, сияли лукавым весельем. Ее сердце взволнованно билось — но лишь потому, что было переполнено любовью.