Книга Мария I. Королева печали, страница 231 – Элисон Уэйр

Мария понимала, что советники и мессир Ренар хотели бы, чтобы она разобралась с сестрой так же решительно, как и с леди Джейн.

— Мадам, боюсь, император и принц Филипп не смогут обрести душевный покой, пока с плеч не упадут еще две головы – головы тех двоих, что способны погрузить королевство в пучину несчастий, – обеспокоенно заявил Ренар. – Вам известно, кого я имею в виду. Лишь устранив этих предателей, ваше величество сможет не волноваться за свою корону.

Гардинер также настойчиво требовал привлечь Елизавету к суду.

— Мадам, избавившись от леди Елизаветы, вы окажете неоценимую услугу всему нашему государству. – Слова Гардинера испугали Марию, однако он загнал ее в угол, когда, не выбирая выражений, заявил: – Но это же глупо! Я гарантирую, что, если устроить Уайетту допрос с пристрастием, он наверняка признается в участии леди Елизаветы в заговоре.

— Да будет так! – пробормотала Мария, уязвленная его гневом. – А что слышно о Куртене?

— Он ничего не признал, даже во время очной ставки с Уайеттом. Куртене утверждает, что слуга отправился во Францию без его ведома. Очень похоже на правду, мадам.

Мария склонялась к тому, чтобы согласиться с Гардинером.

— Допросите его еще раз, – приказала она.

1554 год

Елизавета прибыла в Уайтхолл. Мария тут же уволила бо́льшую часть слуг сестры и отказала ей в аудиенции, объяснив это тем, что сперва Совет должен рассмотреть ее недавнее поведение. Ну а пока Елизавете следовало оставаться в изоляции в своих апартаментах под усиленной охраной.

— Не желаю ее видеть, – заявила Мария своей дорогой кузине Маргарет Леннокс.

Маргарет часто навещала Марию, став для нее утешением в эти мрачные дни. Мария внезапно поняла, что кузина могла бы стать превосходной королевой и достойной наследницей трона – Маргарет была ревностной католичкой с безупречной родословной и имела двоих здоровых сыновей, – и уже начала прокручивать в голове идею отстранения Елизаветы от престолонаследия.

— Вы поместили сестру в комнаты, которые расположены под моими. – Глаза Маргарет лукаво блеснули. – Пусть почувствует те же неудобства, что некогда причинила вам!

В течение следующих нескольких дней она переоборудовала одну из своих комнат в кухню с тем, чтобы Елизавету донимали вездесущие запахи готовящейся еды и назойливый грохот кастрюль и сковородок. Маргарет была упорной… и злорадной. Вероятно почуяв шанс получить корону, она начала хвататься за любую возможность опорочить Елизавету в глазах Марии и докладывать той обрывки всех сплетен, способных подтвердить вину ее младшей сестры.

* * *

В назидание потенциальным предателям Мария распорядилась повесить более сотни простых мятежников, а их трупы оставить болтаться на виселицах, установленных на всех углах лондонских улиц.

— Это какой-то ужас, – сообщила Сьюзен, ходившая к своему ювелиру на Чипсайд. – Везде, куда ни взглянешь, гниющие трупы и вонь ужасающая!

— Но это было необходимо, моя дорогая. А в некоторых случаях я даже проявляла милосердие, – ответила Мария, сердце которой осталось глухо к словам Сьюзен.

Жены четырехсот солдат армии повстанцев явились Уайтхолл, умоляя простить их мужей. Терпеливо выслушав их, Мария решила сделать широкий жест. Она распорядилась, чтобы осужденных с петлей на шее доставили во двор перед дворцом, а затем великодушно всех простила, навсегда запомнив обращенное к ней море радостных лиц.