Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 131 – Элисон Уэйр

— Это великая радость – снова видеть ваше величество и особенно мою дорогую кузину Марию. – Он наклонился, поцеловал руку принцессы и сделал ей комплимент, отметив, какая красивая брошь с надписью «Император» приколота у нее на груди.

Хорошо обученная правилам вежливости, Мария ответила:

— Я искренне рада принимать ваше императорское величество. У меня для вас есть подарки – несколько лошадей и соколов. Надеюсь, они вам понравятся! – Принцесса очень мило взяла императора за руку и повела к зверинцу, где едва не заплясала от восторга, когда Карл стал восторгаться подарками и благодарить ее.

Вечером состоялся праздничный ужин, за ним последовали танцы, император торжественно вывел на площадку свою маленькую невесту. Гарри заметил, что Кейт смотрела на них затуманившимися от слез глазами.

— Сон становится явью, мой Генрих, – сказала она ему.

Гарри кивнул, однако, глядя на танцующую с будущим женихом дочь, он вновь, с особой остротой вспомнил, что у него нет сына и наследника. Когда он умрет, Империя поглотит Англию, его страной будут править иноземцы.

В ту ночь король вызвал к себе Мэри и попытался забыться в ее сладостных объятиях. На следующий день с бравым видом он сопровождал Карла во время поездки по Лондону. Члены гильдий и немецкие торговцы, проживавшие в Сити, устроили императору пышный прием с восхитительными живыми картинами. Они горячо одобряли этот союз, так как торговля с Империей приносила им большие выгоды. Собравшиеся на узких улицах толпы народа встречали Карла бурными криками радости. Сэр Томас Мор произнес официальную речь, приветствуя императора в Лондоне, а горожане преподнесли Карлу и Гарри прекрасно сработанные мечи.

После этого императора и его свиту проводили в монастырь Блэкфрайерс, где им предстояло остановиться на несколько дней, в продолжение которых Гарри с удовольствием показывал своему гостю Вестминстерское аббатство и Вестминстер-холл, хотя им приходилось отбиваться от восторженного люда, который так и напирал со всех сторон, чтобы подобраться поближе и прикоснуться к ним. Карл слегка перепугался, но Гарри только пожал плечами: он знал своих людей и не боялся их.

В Брайдуэлле они с Карлом играли в теннис, и тут не было запрета на соперничество, как с Франциском во Франции. При воспоминании о фальшивом дружелюбии, которым была проникнута атмосфера этого нелепого фарса, и о напрасно потраченных деньгах Гарри передернуло. Но на этот раз между противниками, которые хорошо подходили друг другу по силам, шло честное состязание – после одиннадцати партий счет был равный.

За одним развлечением следовало другое, и так без конца, пока не настало время ехать в Виндзор для подписания договора. Карл слушал мессу, одетый в мантию ордена Подвязки, и они с Гарри поклялись на святой гостии хранить вечную дружбу. В тот вечер двор собрался в зале Святого Георгия посмотреть живую картину, в которой гордого коня – короля Франциска – усмиряла и обуздывала аллегорическая фигура по имени Дружба.

Следующие несколько дней посвятили охоте. Девятнадцатого июня состоялась официальная помолвка императора и принцессы Марии. Кейт плакала от радости, видя, как маленькую ручку ее дочери вкладывают в огромную руку Карла, а вот Гарри не мог не испытать страх за будущее. Все время, пока они с Карлом охотились или пировали в Винчестерском замке под висевшей на стене столешницей от Круглого стола короля Артура, которую заново покрасили в честь визита императора и нарисовали в центре знаменитую розу Тюдоров, Гарри не переставал думать о том дне, когда Мария покинет берега Англии и ее станут приучать к чужой культуре и обычаям. Древний род славных королей Англии прервется вместе с его смертью. От таких мыслей Гарри чувствовал себя жалким неудачником.