Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 162 – Элисон Уэйр

Вызванный в мае на тайный церковный суд, созванный в Вестминстерском аббатстве, Гарри сел перед Уолси и Уорхэмом, по обеим сторонам которых расположились высокопоставленные священнослужители.

— Ваша милость, – нараспев произнес Уолси, – ради спокойствия вашей совести и душевного здоровья вас просят дать отчет о том, что вы сознательно взяли в жены вдову вашего брата.

Гарри склонил голову:

— Я согласен с обвинением. Признаюсь, какое-то время у меня были сомнения по поводу моего брака. – Он поднял голову и увидел, что все духовные лорды ловят каждое его слово, а потому не торопился, объясняя, почему у него были эти сомнения. – Прошу со всем смирением вынести решение по моему делу, – заключил он.

— Мы благодарим вашу милость, – оживленно сказал Уолси. – Теперь мы посовещаемся и обсудим этот вопрос.

Гарри удалился в свою библиотеку, ища утешения в книгах. Но слова плясали у него перед глазами. Подойдя к окну, он посмотрел вниз и увидел Марию – она играла в саду в мяч со своими щенками, а леди Солсбери сидела на скамье и наблюдала за ней. Сердце Гарри сжалось. То, что он затеял, могло нанести сокрушительный удар по этому ребенку, которого он так любил. Свернуть с пути он не мог, но защитить дочь было в его силах. Гарри послал за своим секретарем и распорядился, чтобы Марию вместе с ее двором отправили в Хансдон-Хаус в Эссексе, подальше от бури, которая вот-вот разразится.

Ближе к вечеру появился Уолси. Гарри пытался справиться с тревогой, отвлекая себя игрой в теннис. Он бросил ракетку и поспешил к сетке, отделявшей игровую площадку от галереи для зрителей.

Уолси подался к нему и заговорил приглушенным голосом:

— Ваша милость, мы признали, что тут есть вопрос, требующий ответа, и дело отправлено на рассмотрение в Рим. Гонец только что уехал.

Гарри взял полотенце, дублет и пошел к дверям, давая знак Уолси следовать за собой. Как же он жалел в тот момент, что кардинал не победил на выборах и не стал папой. Чего бы он ни отдал теперь, лишь бы его друг был в Ватикане.

— Что будет дальше? – спросил король, когда они вышли на солнце. – Как мне поступить с королевой?

— Она ни в коем случае не должна узнать о происходящем. Предупрежден – значит вооружен. Между вами не должно быть очевидного разлада.

— Я не ссорился с ней, – сказал Гарри, шагая по гравийной дорожке личного сада. – Она была хорошей женой, верной и преданной.

— Именно так вашей милости и дальше нужно вести эту игру. Вы любите королеву, вам больно расставаться с ней, но вы должны поступить правильно и позаботиться о спасении своей души. В ожидании решения его святейшества вам следует вместе появляться на публике, обедать, проводить время в уединении и выказывать по отношению друг к другу все возможные любезности. Но вы ни при каких условиях не должны разделять ложе с ее милостью.

— В последнее время я редко это делаю, и то лишь для проформы, – признался Гарри, ощущая жар на щеках. – Между нами ничего нет. У нее какое-то женское заболевание, которое делает это… э-э-э… неприятным.

Уолси сочувственно кивнул не моргнув глазом. Он сам был женатым мужчиной во всех значимых смыслах этого слова, и Джоан Ларк, его любовница, существование которой было тайной, известной всем, наверняка тоже страдала разными женскими недугами.