Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 188 – Элисон Уэйр

— Отличная идея! – Саффолк зааплодировал. – Куда пойдет один из членов фракции, туда потянутся и остальные.

По приглашению Гарри Реджинальд Поул приехал домой и явился ко двору. Его мать, которую король известил о своих намерениях, была вне себя от радости, и Гарри даже подумал, что может завоевать и ее сердце. Но когда худощавый, ученый с виду Поул предстал перед ним, Гарри почувствовал исходившую от него антипатию и был готов удержаться и не объявлять ему о высоких наградах, которые собирался предложить, но все-таки сделал этот широкий жест, рассчитывая таким образом сломить отчуждение своего кузена.

— Йорк или Винчестер, – произнес он. – Выбор за вами, Реджинальд.

— Ваша милость, я сознаю, какую высокую честь вы оказываете мне, – холодно ответил Поул, – но, боюсь, у меня нет склонности к исполнению публичных должностей.

Гарри моргнул. Любой другой человек бился бы за получение такого дара от короля, расталкивая конкурентов локтями.

— Не в том ли причина, что вы боитесь быть втянутым в дебаты по поводу моего Великого дела?

— Да, сир. И вам следует знать, что мои симпатии на стороне королевы. Ваш брак законен. В этом нет никаких сомнений.

— Значит, вы считаете, что разбираетесь в этом деле лучше всех тех ученых докторов, с которыми я проконсультировался? – Гарри начал раздражаться. – Даже папа сомневается, иначе он давно уже принял бы решение в пользу королевы.

— Если он этого не сделал, то лишь из боязни обидеть вас в момент, когда ему нужна ваша дружба. Так говорят в Риме.

Гарри пришел в бешенство:

— И по-вашему, таким образом папа должен осуществлять свою власть? Клянусь святым Георгием, любезный, он наместник Христа на земле, и не его дело ввязываться в политику!

— Тем не менее он папа, и никому не дозволено порицать его, – возразил Поул; щеки у него запылали.

Гарри шагнул вперед и сурово взглянул на своего кузена:

— То же самое относится и к королям! В душе я знаю, что мой брак противен Господу. И тем не менее папа не предлагает мне лекарства! Он оставляет меня погрязшим в грехе. Что это за пример?

— Ваша милость, вы не имеете представления о том, в какой сложной ситуации находится его святейшество…

— Он выразитель воли Христа! А вы, кузен, едва ли достаточно образованны, чтобы комментировать действия папы!

— Я был в Риме, в отличие от вас!

Гарри побагровел. Кто такой Поул, чтобы столь дерзко разговаривать с ним? Король инстинктивно поднял кулак, чтобы вмазать по этой надменной физиономии, но сдержался.

— Подите прочь с глаз моих! – прошипел он.

Поул торопливо вышел.

Успокоившись, Гарри снова позвал его к себе.

— Я не имел намерения говорить с вами так резко, – сказал он. – Вы не представляете, как напряженно я тружусь, в какой тревоге живу, каждый день переживая о том, кто будет наследовать мне после смерти.

Поул сбавил тон:

— Принцесса Мария станет прекрасной королевой.

Гарри вспомнил: Кейт и леди Солсбери когда-то питали надежды, что их дети поженятся. Народ наверняка одобрил бы еще один союз Алой и Белой роз. Но Гарри не хотел, чтобы Плантагенеты снова входили в силу. Ему нужен сын, плоть от плоти, который взойдет на трон после него, и он перевернет небо и землю, лишь бы обрести его. К тому же Поул принял духовный сан.

Они расстались друзьями. Реджинальд удалился в Лондонский картезианский монастырь, чтобы предаваться там размышлениям и ученым занятиям. Сад там, наверное, уже весь в цвету. Гарри почти позавидовал кузену.