Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 213 – Элисон Уэйр

— Так пусть действует, – решил Гарри. – А теперь, Пройдоха, мне нужно не упустить прилив и вернуться в Хэмптон-Корт.

Если повезет, Маунтжой уже будет ждать его там.

Так и было, но по поведению камергера Гарри сразу понял, что привезенные им новости нехороши.

— Рассказывайте! – приказал король, садясь за свой обтянутый черной кожей письменный стол.

Маунтжой выглядел расстроенным. Он пользовался большим расположением и Кейт, и Гарри в те времена, когда все они разделяли общий интерес к гуманизму и новому учению.

— Я передал леди Екатерине послание вашей милости, в ответ она заявила, что является вашей верной женой и ни за что не согласится отречься от титула королевы, даже после предостережения лордов, которые пригрозили ей, что ее могут обвинить в измене. Она же выразилась в том духе, что королева Анна настраивает вас против нее, принуждая к тому, чтобы вы, вопреки вашим склонностям, бросили свою законную супругу. Мне жаль, что я доставил вам такое неприятное известие.

Гарри стукнул кулаком по столу:

— Я не потерплю ее дерзости! Она будет слушаться моих повелений или поплатится за непослушание!

Вне себя от ярости, он отпустил Маунтжоя и начал расхаживать по комнате, понимая, что под его гневом таится страх: вдруг Кейт побудит императора пойти на него войной? Гарри так разволновался, что вызвал к себе Кромвеля и рассказал ему о произошедшем.

— Проблема, как мне представляется, состоит в том, – начал тот, – что если леди Екатерина не жена вам, то она и не ваша подданная, а значит, не обязана вам подчиняться.

— Она живет в моем королевстве и обязана исполнять мои законы! – громогласно заявил Гарри. – Пусть осознает, как ошибочен выбранный ею путь. Я не стану терпеть ее непослушание.

Он решил переселить Кейт в дом похуже – Амптхилл слишком хорош для нее – и остановил свой выбор на замке Бакден в Хантингдоншире, то есть отправил подальше от двора, и еще сильнее сократил численность ее двора. Нельзя допускать, чтобы Кейт портила ему жизнь, когда Анна скоро родит. Ничто не должно омрачить появление на свет его сына.

Ждать оставалось недолго. В июле Гарри, как обычно, отправился в поездку по стране, но не удалялся от Лондона, так как хотел быть рядом, когда родится наследник. Все шло хорошо.

Потом пришли новости из Рима. Мрачные. Даже у Кромвеля дрожала рука, когда он подавал Гарри письмо.

Папа, узнав о новой женитьбе короля, пригрозил отлучить его от церкви, если к сентябрю тот не откажется от Анны.

Прежде всего Гарри подумал, что Анна не должна узнать об этом. Он не смел огорчать ее в такое время. Подавив ярость и душевный трепет, король сказал ей, что едет на охоту, а сам поспешил в Йорк-Плейс на встречу с советниками.

— Меня не запугать, – сказал им Гарри. – Я не поддамся на эту угрозу.

Советники встревожились, и как-то сама собой завязалась долгая дискуссия о том, что можно противопоставить решению папы.

— Мое мнение таково, – сказал наконец Кромвель, – вашей милости нужно использовать поездку по стране, чтобы завоевать сердца тех, кто мог отвернуться от вас из-за недавних событий. Окажите им честь своим посещением. Заручитесь их поддержкой.

Совет был разумный, и Гарри им воспользовался. Он заехал к своему кузену Эксетеру в его поместье Хорсли в Суррее, где во время пышного банкета бросал прозрачные намеки на свою готовность осыпать милостями тех, кто встанет на сторону его новой королевы. Эксетер вежливо слушал, кивал и заявил, что всегда будет верным подданным Гарри. Затем король навестил сэра Джона Рассела в его поместье Чениз в Бекингемшире, где хозяин сходным образом выразил ему свою поддержку. Гарри уехал оттуда под сильным впечатлением, что завоевал сердца двоих колеблющихся лордов.