Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 322 – Элисон Уэйр

С тех пор Кейт приглашала всех троих ко двору, когда король позволял ей это, а в остальное время регулярно писала им, побуждая Эдуарда отвечать на латыни, которую тот быстро и успешно осваивал.

— А Елизавета написала мне по-итальянски! – радостно сообщила Кейт Гарри. – Я должна послать ей подарок. Она съела что-то нехорошее, девочку нужно подбодрить. А Эдуарду я отправлю немного денег, пусть потратит их на свои маленькие радости. И, Гарри, обязательно взгляните на костюмчики из темно-красного бархата и белого атласа, которые я заказала ему!

Гарри заулыбался и поцеловал ей руку.

Он любил всех своих детей, но Эдуард, драгоценный, долгожданный сын, естественно, был его фаворитом. Мальчик рос быстро – скоро он наденет штаны, – но Гарри переживал, что принц мелковат для своего возраста. Одно плечо у него было выше другого, он страдал близорукостью, но в целом отличался приятной наружностью: имел светлые волосы, серые глаза, лицо как у эльфа и прямой, решительный отцовский взгляд. Во время недавнего визита к сыну Гарри с гордостью отметил, что мальчик уже копирует его манеры и позу – гордо встает, расставив ноги и положив одну руку на рукоять кинжала.

— Ваша милость, мы постоянно внушаем принцу, что он должен оправдать ваши добрые надежды, – не раз заверяла короля леди Брайан.

Может быть, поэтому Эдуард так благоговел перед ним. Однажды Гарри и Кейт приехали к принцу в замок Хартфорд, и король подарил сыну кое-какие драгоценности из упраздненных монастырей. Лицо Эдуарда осветилось радостью.

— Мой достойнейший отец, я благодарю вас за эти чудесные подарки, которые выражают вашу большую любовь ко мне. Если бы вы не любили меня, то не дали бы мне эти вещи.

— Конечно я люблю вас. Вы мой сын и наследник, – ответил Гарри и обнял принца, понимая, что, скорее всего, кажется мальчику фигурой отдаленной и вызывает у него благоговейный страх.

В октябре, после дня рождения, Эдуарду надели штаны и забрали из рук женщин. Принц, казалось, не расстроился из-за отъезда леди Брайан и нянек, а обрадовался: теперь с ним будет заниматься выбранный отцом наставник при помощи целого штата служителей-мужчин.

— Мой сын должен получить образование, приличествующее будущему королю, – объяснял Гарри каждому кандидату, с которым беседовал, подбирая учителей для сына. – Это должно быть классическое образование, подходящее для современного правителя.

Все приглашенные им учителя были известными гуманистами, последователями Эразма, Вивеса и Мора. При воспоминании о Море сердце Гарри болезненно сжалось. Если бы Мор не противился ему, то сейчас был бы здесь и давал бы советы, чему следует учить Эдуарда.

Главным наставником принца Гарри выбрал доктора Ричарда Кокса, который был олмонером при Эдуарде, а также работал вместе с королем над созданием «Королевской книги».

— Ваша милость, я считаю, что учение должно приносить радость и хороший учитель только изредка прибегает к палке, – сказал Кокс, кладя на стол перед Гарри стопку бумаг.

Они находились в кабинете короля, оба закутанные в меха – стекла в окнах дребезжали под ледяным ветром.

— Скорее пряник, чем кнут. – Гарри кивнул, вспоминая, как старик Скелетон колотил его, когда он делал ошибки, и тем не менее у него имелись основания быть благодарным своему раздражительному старому учителю хотя бы за то, что тот внушил ему любовь к знаниям, оставшуюся с ним на всю жизнь. – Так, значит, это расписание занятий, которое вы составили?