Книга По милости короля. Роман о Генрихе VIII [litres], страница 331 – Элисон Уэйр

Гарри кивнул, все острее ощущая, как плохо с ним обошлись.

Гардинер распустил крылья:

— Королю опасно выслушивать такие оскорбительные речи из уст подданного. Если люди осмеливаются прекословить своему государю на словах, то могут попытаться помешать ему и на деле. И к сожалению, ваша милость, у меня есть основания полагать, что религия, которой так стойко держится королева, не только нацелена на свержение власти правителей, но и учит еще и тому, что все должно быть общим.

— Какая религия? – изумленно спросил Гарри. – Королева так же набожна, как и я!

— Увы, если я не ошибаюсь, она склоняется к протестантской ереси. Я давно подозревал это. Есть признаки и зловещие указания на мою правоту.

— Я в это не верю! – заявил Гарри, но сам уже перебирал в памяти все мельчайшие намеки, подтверждавшие обвинения Гардинера.

Вдруг Гарри вспомнил слова из одного письма Кейт, присланного ею, когда он был в Булони. В тот момент они показались ему странными, но он не придал им значения, считая свою жену твердой в вере. Кейт препоручала его Господу в надежде, что он будет долго и счастливо жить на земле и обретет царство избранных на небесах.

Избранных. Это слово насторожило его – привело на память ересь швейцарского реформатора Кальвина, который верил в предопределение: Господь-де выделил своих избранных еще до того, как создал мир, и только они после смерти достигнут небес. Это было убеждение самых ярых протестантов.

Сердце Гарри сжалось. Неужели Кейт, его любимая Кейт, еретичка? Нет-нет, ему не вынести еще одного разбирательства с опорочившей себя женой, он не мог допустить мысли, что она потеряет надежду на обретение неба или претерпит наказание, полагавшееся за ересь. Отрубить головы двум женам – это уже достаточно плохо, но сожжение на костре…

Ему нужно узнать правду.

— Такие пагубные воззрения, – говорил меж тем Гардинер, – столь отвратительны и опасны для правителей, что я осмелюсь сказать: величайшая из подданных в этой стране, произнося такие слова и защищая подобные взгляды, заслуживает смерти.

— Милорд епископ, мы должны выяснить правду, – сказал Гарри, схватив Гардинера за рукав. – Я приказываю вам составить ордер на арест и допрос королевы.

В тот момент Гардинер походил на кота, загнавшего в угол мышь, и Гарри не сомневался, что епископ намерен погубить Кейт. Пришло время преподать урок ему и его зилотам, ведь выдвинутые обвинения наверняка не подтвердятся. А сам он сможет успокоиться насчет Кейт. Она же поймет, в какой опасности находилась, и это послужит ей предостережением.

Через пару дней, не получая никаких известий от Гардинера, который, видимо, собирал доказательства, какими бы они ни были, Гарри вызвал Кейт в свои покои, намереваясь испытать ее самостоятельно.

— Я прежде был не готов слушать вас, дорогая, а теперь прошу, выскажите свое мнение относительно религии, – предложил король.

Они были одни. Даже Уилл куда-то подевался.

Кейт заговорила сразу, не задумываясь:

— Вы сотворили чудеса, Гарри, но есть люди, которые считают, что вы станете папистом без папы. Вы как будто приостановили реформы, и начались преследования. Люди должны приходить к Христу через любовь, а не из страха.

— Но если они впадут в ересь, то не придут к Нему вовсе, – мягко возразил Гарри.