Книга Вечное, страница 222 – Лиза Скоттолайн

— Мы не можем притвориться гоями. Я член Совета общины, моя фамилия — во всех списках.

— Знаю, но ты послушай… — Сандро склонился к отцу. — Я наблюдал за происходящим весь день, здесь наши друзья и соседи. Я подмечал тех, кто здесь, но потом понял, что ошибаюсь. Надо искать тех, кого здесь нет.

— Что ты имеешь в виду? — Отец заинтересованно поднял голову.

— Знаешь, кого я не видел? Маттео и Джованни Ротоли. Их здесь нет.

— Тех, что жили напротив?

— Да.

Массимо пожал плечами:

— Должно быть, когда пришли немцы, их не было дома.

— Точно. — Сердце Сандро забилось быстрее. — Маттео и Джованни здесь нет, так что мы можем прикинуться ими. Маттео ведь не еврей, просто женат на еврейке — Ливии. Значит, Джованни, его сын, еврей лишь наполовину. Если нацисты найдут Маттео и Джованни Ротоли в каком-нибудь списке, они сочтут их Mischlinge. Мы можем выдать себя за них. Мы знаем о них все.

— Верно! — Отец заулыбался, расправляя плечи. — Нужно попробовать!

— Иди за мной. — Сандро пробился сквозь толпу, отец шел позади. Они добрались до выхода, где за трибуной стоял немецкий офицер.

— Чего вам? — Немец в фуражке хмуро взглянул на них.

Сандро изо всех сил старался держать себя в руках.

— Синьор, меня зовут Джованни Ротоли, а это мой отец, Маттео. Я — Mischlinge, а мой отец — гой, он итальянский католик. Мы живем на площади Костагути, нас забрали случайно.

— А раньше чего молчали?

— Мы были в одном из классов. Пожалуйста, мы не должны здесь находиться.

— Покажите удостоверения личности.

— В спешке мы оставили их дома. — Затаив дыхание, Сандро смотрел, как немец роется в бумагах на трибуне. Солдаты позади него выстраивали гоев в очередь на освобождение. Расстояние между гибелью и спасением исчислялось жалкими сантиметрами.

— А, вот… Ротоли. — Нацист указал на фамилию Ротоли в бумагах, затем поднял взгляд. — Отлично. Вставайте в очередь, да побыстрее. Топайте.

Сандро с трудом скрыл облегчение. Он повернулся взять отца за руку, и они вместе обошли другого солдата, который присматривал за очередью на освобождение.

— Встать в строй! — велел немец, а затем присмотрелся к Сандро. — Эй ты, что это у тебя в петлице?

Сандро опустил взгляд на свою куртку. В петлице висел поникший базилик из сада Элизабетты. Она вручила ему веточку вчера ночью.

— Просто базилик.

— Где ты его взял?

— Моя девушка подарила, — ответил недоумевающий Сандро.

— Ха! Она передала для тебя записку. Ты Сандро Симоне?

Сандро замер при звуке своего настоящего имени. Его отец в ужасе оглянулся.

Немец за трибуной повернул к ним голову.

— Симоне? Ах ты, грязный еврей, прикинулся Ротоли! — Он выдернул Сандро из очереди, а затем занес руку, чтобы его ударить.

Сандро, защищаясь, закрылся локтем.

Но удар уже был нанесен.

Марко, 16 октября 1943

Марко и Элизабетта вышли в Карпи, на маленькой станции с заброшенным зданием вокзала, больше смахивающим на навес, открытый с трех сторон. Горела всего одна тусклая лампочка без абажура под потолком, в воздухе витали запах конского навоза и странный кислый аромат, возможно, бальзамического уксуса. Марко достал из рюкзака фонарик и компас.

Элизабетта огляделась.

— Вот уж правда глухомань.

— Здесь только виноградники, как и говорила Джемма. — Марко охватила мимолетная грусть, но он от нее отмахнулся. Предстояло выполнить сложное задание, и Джемма первая бы пожелала ему удачи.