Книга Код Шекспира, страница 76 – Джо Смит

— Вы когда-нибудь задумывались, Анна, – вдруг спросил он, не глядя на меня, – почему всё это происходит именно с вами?

— Что именно? – Я постаралась скрыть свою настороженность, но голос всё равно дрогнул.

— О, всё, – ответил он небрежно, но в его тоне была тщательно скрытая серьёзность. – Эта эпоха, эти символы, этот… – он на мгновение замолчал, театрально взмахнув рукой, – драматический поворот сюжета, в котором вы и профессор играете главные роли.

— Иногда кажется, что ты знаешь больше, чем говоришь, – сказала я, прищурившись.

— А разве не в этом прелесть хорошей истории? – Эдмунд рассмеялся, но его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем обычно. – Некоторые вопросы не требуют ответа. По крайней мере, пока.

Джулиан, стоя рядом, бросил на него косой взгляд.

— Ты мог бы хотя бы раз быть менее загадочным.

— Но тогда я перестану быть собой, – Эдмунд положил руку на сердце, как актёр на сцене, его тон стал чуть мягче. – Истории нужно давать возможность разворачиваться. Особенно те, где на кону нечто большее, чем просто судьба.

— Знаешь, Анна, иногда история – это не просто слова, вплетённые в ткань времени, – сказал Эдмунд, оглядываясь через плечо, словно проверяя, не подслушивает ли кто-то ещё. Его улыбка была тёплой, но в ней читалась какая-то неуловимая тайна. – Это что-то гораздо большее.

— Что ты имеешь в виду? – спросила я, чувствуя, как сердце учащённо забилось.

Он приподнял шляпу, касаясь её полей с лёгкой театральной небрежностью.

— Некоторые истории имеют свою волю, Анна. Они живут, дышат и выбирают своих героев. И, если повезёт, эти герои находят друг друга…

— Ты опять говоришь загадками, – возразила я, но мой голос был тихим, словно я боялась услышать ответ.

Эдмунд усмехнулся, его глаза стали чуть мягче.

— Я всего лишь актёр, Анна. Но скажу тебе одно: каждый сюжет требует своих поворотов, своих пауз и кульминаций. Иногда даже сцена должна ожить, чтобы дать героям понять, где их настоящее место.

— Ты что-то знаешь, – настаивала я, пытаясь поймать его взгляд. Меня била легкая дрожь, но тут Джулиан обнял меня, легонько прижимая к себе, будто напоминание, что я не одна.

Эдмунд усмехнуля, остановился, повернувшись к нам полностью.

— А что, если я скажу, что уже видел финал? – его голос звучал как шёпот, словно слова были предназначены только для нас двоих. – Но рассказать его… было бы слишком скучно.

Он подмигнул, как будто всё это – просто игра, но от его слов в груди вдруг стало тяжело.

— Эдмунд, ты…

— Анна, Джулиан, – перебил он с лёгким вздохом. – Помните одно: иногда мы просто персонажи, но иногда – те, кто держит перо. И кто знает, может быть, в этой истории ты гораздо больше, чем думаешь.

— Ты говоришь так, будто всё это твоя работа, – фыркнул Джулиан, но в его голосе послышалась тень сомнения.

Эдмунд засмеялся, легко и свободно, но его ответ заставил меня задержать дыхание.

— А разве это не очевидно, профессор? Кто ещё мог бы сделать это лучше, чем я?

Толпа гудела, словно море перед штормом. Сцена театра "Глобус" была окутана мягким светом факелов, которые дрожали на ветру. Зал наполнялся ароматами древесного дыма, смолистого пламени и холодного воздуха, проникающего сквозь щели в крыше. Места для зрителей были заполнены до отказа: от простых горожан в стоячем ряду до знатных дам и господ, сидящих под крышей.