Онлайн книга «Настоящее сокровище Вандербильтов»
|
Питер отчасти покорил ее и тем, что он не имел, была уверена Эдит, никаких иных мотивов жениться на ней, кроме как чистая, истинная любовь. Питер был намного богаче ее, не стремился бывать в Билтморе, разве лишь для того, чтобы доставить ей удовольствие, и был на несколько лет моложе нее. В отличие от любого из ее прежних ухажеров. И очень скоро она свяжет с ним свою судьбу, он будет принадлежать только ей до конца их дней. И вот, 22 октября 1925 года в 8 часов 50 минут утра они официально зарегистрировали свои отношения: Эдит Дрессер Вандербильт стала Эдит Дрессер Вандербильт Герри. Но она знала, что, даже сменив фамилию, навсегда останется представительницей клана Вандербильтов. Когда они с Питером, в статусе супружеской четы, вышли на улицу, душа Эдит впервые за долгое время преисполнилась благодарности и счастья. Эти чувства не покидали ее всю дорогу до Савойской часовни[38], где они с Питером, уже став супругами в глазах гражданских властей, должны были соединиться и перед лицом Господа. Специально для церемонии венчания Эдит переоделась в бархатное пальто, отороченное мехом соболя. Прибыв в часовню, она взяла на руки восьмимесячного внука, Джорджа. Малыш мгновенно запустил свои ручонки в мех на ее пальто. Остановившись у входа, Эдит разглядывала потолок с орнаментом в форме четырехлистника ярко-синего цвета и пол, выложенный черной-белой плиткой. — Представляешь, – улыбнулась она своей прекрасной дочери, – люди на этом самом месте давали брачные обеты уже в начале XVI века? Эдит с гордостью посмотрела на Корнелию, которой предстояло повести мать к алтарю. Она обожала дочь, а Джордж понимал ее лучше всех. Эдит и Корнелия во многом были схожи – внешне, в одежде, обе владели искусством верховой езды, обе увлекались рыболовством. Но именно Джордж распознал в дочери творческое начало, с пониманием относился к ее фантазиям, разделял ее любовь к путешествиям. — В голове не укладывается, да? – заметила Корнелия. – Здесь понимаешь, насколько молодая страна Америка. Джордж что-то залопотал, и Эдит поцеловала его нежную, душистую головку. Посмотрев в большие глаза малыша, Эдит с удивлением обнаружила, что с тоской вспоминает не первого мужа, не день их бракосочетания и даже не фату своих предков. Вспоминает дочь, ту, какой она была в младенчестве, в детстве. Эдит улыбнулась, глядя на внука, на его ангельское личико, и на мгновение ей показалось, что это Корнелия, в день ее рождения – чудесный теплый день 22 августа 1900 года. В светских кругах говорили, что родился самый богатый ребенок на свете. Корнелия отобрала это звание у своего кузена – Джона Николаса Брауна II. Эдит поспешила помолиться про себя, чтобы подобный заголовок не появился в газетах, и поделилась своими опасениями с мужем. — Нет, что ты, – заверил ее Джордж. Он сидел на краю кровати в спальне золотых и красных тонов, убранной в стиле эпохи Людовика XV, и с обожанием смотрел на свою прелестную дочку, которую заботливо держал на руках. – Корнелия чудесная, очаровательная, здоровая малышка. Никому и в голову не придет думать о деньгах. Ее назовут самой умной, самой красивой девочкой на свете… — И самой обожаемой! – подхватила Эдит, улыбаясь мужу. Тот улыбнулся в ответ, на мгновение оторвав взгляд от новорожденной дочки. |