Книга Влюбленный астроном, страница 85 – Антуан Лорен

— Я тоже счастлив, – шепнул он, и они снова слились в поцелуе.

Часы показывали 6 часов 55 минут и 7,3 секунды. Венера окончательно покинула видимую часть солнечной орбиты.

Лошадь звонко стучала копытами по дорогам Котантена. Гийом крепко держал вожжи и быстро продвигался вперед, поднимая вокруг себя облака пыли. Если большинство обитателей Кутанса встретили его радушно – многие спешили к окнам, чтобы взглянуть на вернувшегося издалека земляка, приветственно махали ему руками и даже кричали: «Да здравствует королевский астроном! Да здравствует Гийом, сын Кутанса!» – то прием, оказанный ему родственниками, не отличался теплотой. Герцог де Лаврильер сказал чистую правду. Никто из членов семейства и не подумал отправиться в город, чтобы поскорее увидеться с ним; в главной комнате с низкими потолками, где в камине с остывающими углями висел котелок с супом, его появление было встречено общим молчанием. Брат, с которым они расстались двенадцать лет назад, крепко его обнял; то же сделала сестра, но в их объятиях не чувствовалось искренней радости; от них веяло холодом, как от их потухшего очага.

— Наша мать умерла, пока ты был в Индии, – сказал брат.

— Я знаю, – ответил Гийом. – Я схожу к ней на могилу.

За столом сидел его кузен и две кузины. Они пригласили нотариуса. Тот не испытывал ни малейшего стеснения посреди семейного сборища, явно чреватого жаркими спорами. Этот краснолицый толстяк наверняка повидал на своем веку немало скандалов из-за наследства и больше ничему не удивлялся. Кстати, он единственный из присутствующих потрудился изобразить натужную улыбку.

— Ну, как там Индия? – спросил он, первым нарушив молчание.

— Будешь суп? – предложила сестра. – Там еще осталось, могу разжечь камин.

— Индия велика, а супу я не хочу, – ответил Гийом, присаживаясь к столу.

Снова настала тишина, изредка прерываемая потрескиванием последних горячих углей в очаге. Громко мяукнул забравшийся на крышу кот; каркнула ворона; загавкала собака.

— Поешь телятины, – сказал брат, якобы собираясь встать.

— Нет, спасибо, не надо телятины. Лучше скажите, что делает в нашем доме нотариус Тюваш в день моего возвращения? Не думаю, что вы, сударь, большой знаток созвездий…

Нотариус улыбнулся, на сей раз немного смущенно. Он протянул руку к стакану кальвадоса и отпил глоток.

— Это кальвадос семейства Потье? – спросил Гийом.

— Да, – ответила сестра.

— Все такой же хороший?

— Отличный, – подтвердил нотариус.

— Да, – сказал Гийом. – Потье – славные люди. И добрые. Угощают кальвадосом из своих яблок тех, кого считают друзьями. А есть ли у меня здесь друзья?

Его вопрос повис в воздухе.

— Здесь ваши родственники, господин королевский посланец.

— Да, – улыбнулся Гийом. – Я действительно был послан королем на другой конец света и долго отсутствовал, но спрашивал я не вас, сударь, а моих близких: есть ли среди вас те, кого я могу считать своими друзьями? – Он медленно обвел взглядом собравшихся; почти все стыдливо прятали глаза.

— Странно спрашивать у родни, есть ли у тебя здесь друзья, – подал голос брат.

— Почему же? – не согласился Гийом. – По ту сторону океана у меня появилось много верных друзей. Некоторых из них уже нет в живых, но я храню в душе память о них. – Он посмотрел на пустой стул, на котором когда-то сидела его бабка. После ее смерти никто не смел занимать это место. – Жаль, что ее больше нет с нами, – с печальной улыбкой добавил он. – Нрав у нее был суровый, но сердце доброе.