Книга Хозяйка дворца, страница 129 – Чжоу Мо

Помедлив, служанка спросила:

— Госпожа, император не стал наказывать вас за непочтительность в прошлый раз, зачем же вы снова рискуете вызвать его неудовольствие?

Императрица Сянь плавным движением перевернула страницу и спокойно ответила:

— Не переживай, император не станет меня осуждать.

— Почему же?

— Потому что у него самого совесть нечиста.

— Госпожа! – подпрыгнула от страха Чжэньэр.

— Думаешь, я сошла с ума? Ну уж нет, я останусь в полном рассудке, даже если все в Поднебесной его лишатся! – Взгляд императрицы был пугающе спокойным. Сплетники утверждали, что она так тяжело переживает смерть отца, что совершенно не обращает внимания на императора, но они ошибались. – Если бы я вела себя как ни в чем не бывало после смерти батюшки, это было бы подозрительно, словно я и не человек вовсе.

Чжэньэр начала догадываться.

— Вы хотите сказать…

Императрица-преемница холодно улыбнулась:

— Только в том случае, когда преданная распорядку супруга вдруг нарушит его, император поймет, что все серьезно! Только так он запомнит, что несправедливо обидел меня, только так память о моем гневе сохранится в шести женских дворцах!

Все так и вышло.

Вскоре после обеда император прислал ей в подарок старинный кожаный плащ, подбитый птичьим пухом.

Такое случалось и раньше.

Когда император Чунчжэнь рассорился с императрицей Чжоу и она объявила голодовку, он прислал ей старинный матрас из выделанной кожи, и супруги помирились.

Смысл подарка был вполне ясен.

Император помнит, что императрица расстроена, и желает восстановить былые добрые отношения – это сообщение было адресовано не только ей, но и всему дворцу.

Кого-то это сообщение порадовало, кого-то смутило, а кого-то… заставило действовать.

= Во дворце Шоукан =

— В этом году на востоке Чжэцзяна случилась засуха, а в Шаньдуне нашествие саранчи. Лучше обойтись без кормления шелкопряда.

Кормление шелкопряда после принесения жертв предкам было древней традицией, да и Дворцовое управление давно все подготовило для церемонии, требовалось лишь одобрение вдовствующей императрицы. Почему же она вдруг решила его отменить?

— Госпожа вдовствующая императрица, – осторожно заговорила императрица-преемница, – как раз из-за того, что страна объята бедствиями, а народ взволнован, я хотела бы собственным примером вдохновить людей заботиться о шелкопряде, а также вознести молитвы о будущем благополучии. Мы ведь всегда так поступали в прошлом…

— Я понимаю, что, пока была жива Жунъинь, эта церемония проводилась каждый год. А теперь ты приняла титул, и отмена помпезного ритуала тебя обижает. Но после всех бедствий этого года тратить немало средств и собирать людей ради подобного пустяка было бы некрасиво. – Вдовствующая царственная госпожа недвусмысленно дала понять, что церемония лишь тешит самолюбие императрицы. – Если тебе так этого хочется, церемонию можно провести в следующем году.

Сянь процедила сквозь зубы:

— Мать-императрица, Департамент сбора тутовых листьев уже все подготовил для кормления шелкопряда, оповещены все знатные дамы и жены чиновников. Отмена подобного мероприятия вызовет толки и критику в адрес двора. Дерзну попросить вас все же провести церемонию в этом году, как установлено.

От ее слов лицо матери императора потемнело.