Книга Хозяйка дворца, страница 263 – Чжоу Мо

— Слезы не имеют особой силы, просто ты растрогала его. – Фуканъань планировал один шаг за другим, всегда зная наперед, что предстоит сделать дальше. – Пора, моя великая княжна, теперь тебе нужно проявить ревность…

Не только они двое строили планы, Сывань тоже боролась за внимание Доржи. Она даже нарочно поранила себя и, истекая кровью, прибежала к нему за помощью, так что ему пришлось прямо на глазах Чжаохуа доставить Сывань в караулку охраны.

Девушка думала, что Фуканъань велит ей сдерживать себя, но он вместо этого велел дать волю чувствам.

Из всех его планов только этот совпадал с желаниями самой княжны. Она расхохоталась и, не теряя времени, бросилась к караулке, где не только осмеяла соперницу, но и припомнила ей прошлые обиды.

Обе великие княжны росли на глазах вдовствующей императрицы, но младшая была любимицей. После рождения Чжаохуа завоевала часть внимания старой госпожи, и Сывань ревновала. Это было бы в порядке вещей, но ей мало было отобрать у Чжаохуа одежду и игрушки – ей хотелось отнять у девушки жизнь.

— Сывань как-то отправилась навестить больного оспой брата, а потом заразила меня, так что я несколько месяцев оставалась в постели и едва выжила. С чего я должна ее любить и быть с ней приветливой? – спрашивала Лхаванга Чжаохуа с подступающими слезами. – Ты… Ну и ладно, я верну тебе гобелен.

Доржи не нужен был гобелен, как не нужна была и хрупкая и очаровательная великая княжна Сывань.

Он сделал всего пару шагов от дверей и, не заботясь, что их могут услышать, честно ответил:

— Гэгэ Сывань не первый раз ищет моего общества, я все понимаю, просто не хотел портить ей репутацию и смущать суровыми отповедями. Но если это так тебя расстраивает, я на нее больше и не посмотрю!

Но взгляд девушки скользнул за его плечо к фигуре у красной колонны – к изящному лицу, с которого, казалось, никогда не сходила насмешливая улыбка.

Уголки рта невольно поползли вверх, и ее очаровательное лицо сделалось еще более прекрасным.

— Да мне-то что за дело? Не нужно мне ничего объяснять!

Лхаванг Доржи пристально смотрел на нее:

— Конечно нужно, Чжаохуа. В моем сердце есть только ты, и я не хочу, чтобы между нами были размолвки и недопонимание.

На лицах двух заговорщиков расцвели улыбки, это была безоговорочная победа.

Тук-тук-тук – послышался звук. Он приближался к ним. Опираясь на палку, появилась Сывань и сказала недовольно:

— Чжаохуа, если ты так откровенничаешь, почему же не расскажешь ему все? Или боишься, что как только Доржи обо всем узнает, то перестанет считать тебя нормальной?

Их неприязнь объединяла не только оспа. В сердцах двух соперниц таился куда более страшный секрет.

Хотя принцесса Сывань и не стала его раскрывать, одно лишь упоминание о нем было нарушением табу. Но прежде, чем избавиться от нее, великой княжне предстояло заняться более важными делами.

= Продолжение: его тайна =

— Это твоя награда. – Чжаохуа указала на стоявших рядом мать с ребенком. – Я знаю, что ты не раз просил за них у моего отца и тебе за это крепко доставалось. Теперь я попросила за них вместо тебя.

Их только что отпустили из Работного дома, женщина была примерно того же возраста, что сама Чжаохуа, и в лице ее все еще было что-то детское, хотя она уже кормила грудью собственное дитя.