Книга Хозяйка дворца, страница 62 – Чжоу Мо

Испугавшись, он вскочил с кровати как был, в одном сапоге, ухватился правой рукой за меч на поясе.

— Кто здесь?

Его изящные пальцы медленно раздвинули полог, и он увидел грациозную фигуру Эрцин в одном белье: ее белую кожу, черный шелк волос и адресованную ему кокетливую улыбку.

— Это я.

Фухэн не собирался спрашивать, зачем она здесь, он и сам обо всем догадался по ее наряду и улыбке. Сдерживая отвращение, он холодно сказал:

— Уходи.

— Фухэн! – Эрцин откинулась на кровати, не желая вставать, и скорбно произнесла: – Я осознала свои ошибки!

Фухэну не хотелось слушать ее объяснения, потому что любое оправдание из ее уст оборачивалось ложью.

— Раз ты не собираешься уходить, уйду я. – Он надел второй сапог и пошел к дверям.

— Постой! – Эрцин так торопилась, что побежала за ним босиком. Она крепко обхватила его двумя руками за пояс и принялась каяться, не беспокоясь, хочет он ее слушать или нет: – Я знаю, что поступала неправильно! Все это моя вина! Я не понимала этого раньше, но прошло три с лишним года. Когда ты был на войне, я только на словах на тебя злилась, а в душе ждала и надеялась! Я хотела, чтобы ты поскорее вернулся, пусть даже знала, что ты меня ненавидишь!

Фуча не проронил ни слова, только принялся разгибать ее пальцы один за другим.

Силы мужчины и женщины неравны, особенно если мужчина – генерал Фухэн, так что он скоро освободился от цепляющихся за него пальцев жены. Увидев, что удержать его силой не удастся, она разжала руки, бросилась к нему и попыталась разжалобить.

— Фухэн, я не сдержалась, потому что ты обидел меня, вот я и захотела отомстить. – Эрцин со слезами обратилась к мужу. – Мы оба ошиблись, так давай не будем все еще больше запутывать, давай лучше начнем вместе думать о будущем. Я обещаю тебе: с этого дня я больше не стану тебе докучать и устраивать неприятности, а буду тебе доброй женой и достойной невесткой рода Фуча.

— Достойной невесткой? Доброй женой? – Фухэн не смог удержаться от насмешки.

— Да! Я буду вести хозяйство, почитать твоих родителей, не буду разъезжать по гостям, не стану писать родным. Проси о чем хочешь, я на все согласна! – Эрцин не услышала насмешки в его словах и принялась осыпать его обещаниями, затем, потупившись, добавила робко: – Я все еще могу подарить тебе сына, который по-настоящему будет твоим. Хочешь?

Фухэн рассмеялся.

Эрцин поначалу обрадовалась, думая, что его растрогали ее пылкие речи, но очень скоро радость покинула ее лицо.

— Хитара Эрцин, – спросил он со смехом, – почему ты думаешь, что я соглашусь?

Эрцин замерла от удивления.

— Когда ты злилась, то хотела втянуть всех в пучину страданий, а теперь, когда раскаялась, то надеешься так легко все исправить. – Фухэн продолжал улыбаться. – Вечно у тебя одно и то же: тебе кажется, что тебя обидели, что виноват кто-то другой, а потому они достойны кары, а ты – прощения.

От его улыбки молодая женщина густо покраснела.

Потому что он был прав, именно такой она и была.

Она раскаивалась только на словах, на деле же продолжала считать, что во всем виноваты Фухэн, Вэй Инло и даже императрица, она же, Эрцин, была невинной жертвой, которой остальные должны возместить причиненный ущерб.

— Больше не заводи разговоров о достойной невестке и доброй жене. – Улыбка медленно погасла. – После того, что ты сделала, Фуча Фухэну ты больше не жена.