Книга Ходила младёшенька по борочку, страница 113 – Вера Мосова

Она отпросилась у тётушки и отправилась в монастырь. С замиранием сердца прошла Люба через Святые ворота, перекрестившись на купол надвратной Введенской церкви. Без труда отыскала матушку Феофанию. Старуха улыбнулась ей, поняв, что неспроста девица пожаловала, и нашла укромный уголок, где можно поговорить наедине. Запинаясь и краснея, Любаша рассказала о своей беде.

— Грех это, конечно, – сказала старуха, – но ещё больший грех будет, если ты загубишь душу неповинную. Ты ведь и свою душу погубишь, не забывай об этом. Коли послал тебе Господь такое испытание, то и принять его ты должна с благодарностью. И с молитвой. Материнство – это главное предназначение женщины. Так уж Богом заведено, и не следует идти супротив этого. Вспомни Василия. Он тоже был во грехе зачат. Кабы матушка его не дала ему на свет появиться, какого парня мы лишились бы. А он и твоим деду с бабкой подарком стал, да и мне утешением, что спасла я душу невинную от погибели.

Она помолчала немного и, словно вдруг решившись, продолжила:

— Когда была я такой же юной, как ты, некому мне было совет дать. Та же беда со мной приключилась, что и с тобой сейчас. Побоялась я гнева родительского, да и ушла из дома, и ребёночка извела. Чуть не померла тогда. Чудом оказалась в странноприимном доме при монастыре, подобрали меня паломники, что шли в Екатеринбург, и привели сюда. Так я с той поры тут и поселилась. И грех свой всю жизнь замаливаю. Я и за жизнью Василия приглядывала издали, потому что во искупление он мне послан был Господом. Душа моя с ним как будто ожила.

Любаша во все глаза смотрела на сестру Феофанию и пыталась представить её молодой. Надо же, оказалось, что она прошла через то же испытание. И она понимала Любу.

— Спасибо, матушка! – девица с благодарностью поцеловала руку старухи. – Вы мне очень помогли.

— Пойдём, попросим милости у Богородицы, помолимся за душу твою грешную да за светлую душу нерождённого малыша твоего, – погладив Любашу по голове, сказала старуха.

И они отправились в Успенскую церковь, одну из тех, что находились на территории монастыря. Сестра Феофания подвела Любу к иконе Тихвинской Божьей Матери. Никогда ещё Любушка не молилась так самозабвенно. Она благодарила Богородицу, пославшую ей просветление через матушку, молила об удачном разрешении от бремени, о здоровье своего младенца и всей своей семьи. Матерь Божья смотрела на неё своим проникновенным взором, излучая мудрость, тепло и спокойствие. Слёзы тихо текли по щекам Любаши, очищая её душу и наполняя её любовью. Умиротворение и просветление ощущала она, выходя за стены монастыря. Обернулась, перекрестилась на купола и отправилась домой. Теперь она знала, как ей жить дальше.

Любаша шла, слегка щурясь от слепящей белизны. Свежий снежок переливался на солнышке, искрясь и играя. На душе было светло и как-то по-особому тепло. Она переживёт эту зиму и к лету родит дочку. Именно дочку. Она почему-то была уверена в этом. Ей будет непросто, но она знает, что всё одолеет. И гнев родителей, и людское осуждение, и лишения, которые её ждут. Это всё неважно, с этим она справится. Главное – в её сердце так много любви, которую она может отдать своей девочке. И только это сейчас для неё важно. Какой-то парень, шедший ей навстречу, вдруг задорно подмигнул и спросил: