Онлайн книга «Кощеева гора»
|
Торлейв снова подавил вздох. Вот и вятичи вслед за смолянами надеются, что он избавит их от необходимости воевать – в одном строю со Святославом или против него. Но не поворачивался язык ничего обещать: любое такое обещание было бы ложью. Святослав намерен завоевать три царства, как велел ему Один, и никакие уговоры не свернут его с этого пути. Никакие дары от вятичей или смолян, их бобры, куницы и даже красные девицы не заменят Святославу и его дружине ту огромную добычу и славу, которую может дать успешная война с хазарами. — Видно, чем-то мы богов и чуров разгневали, – вздохнул Городислав. – Люди и нави разом на нас ополчились. — Нави? – Торлейв взглянул на него. – А это что за напасть? — На Кощеевой горе сам Кощей с дружиной своей сызнова объявился. — Шутишь, отец? Торлейв перевел взгляд на Дединку, но на ее лице отражалось такое же недоумение. — Хотел бы! Да не шучу. В начале зимы, как растворила Марена ворота Нави, объявились на Кощеевой горе насельники неведомые, не то люди, в скорее навцы, нечистики да невидимцы, – пояснил Городислав Дединке, Хотиме и Торлейву. – Обертуны, не люди. А старший над ними – сам Кощей, вместо лица у него харя, и ходит – хромает. Может бурю насылать, ветер и снег, а промышляют разбоем – в две веси наведывались. Говорят, как свистнет Кощей – деревья к земле преклоняются, люди замертво валятся. Скотину уводят, припасы уносят, жито из сусеков выгребают. В Кременичах всю утварь вынесли – горшки, платье, постельники, жернова одни оставили. — Да что ты такое говоришь, дядька? – охнула Дединка. — Что мне говорить: и мы, и жиздряне уже про них ведают. Старики на Перуновой горе собирались, совет держали. Вот и решили: коли на нас уже и Навь ополчилась, самим не управиться, надобно… На этот месте Злобка толкнул его, и Городислав замолчал. — Ходила Былеславица в Кривой Лог, – заговорил Доброван, обращаясь к Дединке, – сказали ей там, надобно, мол, детей из тали вызволять, а не то поздно будет. Она нас и снарядила. — А кто у вас в Кривом Логу? – спросил Торлейв. – У вас же нет князей, всех в Кудояре перебили. — А в Кривом Логу у нас… Сестра моя, Былеславица, ворожея знатная, великая ей сила дана. Ходит она в Кривой Лог, к Кривому ручью, и там смотрит. Хоть в былое глянет, а хочет – в грядущее, и все видит: что как было, что как будет. Прямо в точности все видит. — Ладно, вуюшко, надобно мне идти. – Дединка вздохнула и поднялась. – Мене ведь не отпустили еще, скажут, сбежала. Ключница забранит… Она поцеловала Добрована и направилась к двери. — Прощайте, отцы. – Торлейв торопливо поднялся тоже. – Не обещаю, но чем смогу – помогу. Он вышел вслед за Дединкой. На дворе она обернулась еще до того, как она ее нагнал: не то услышала, что он идет за ней, не то надеялась. Приятно было просто идти рядом с ней, плечом к плечу, тянуло взять за руку, но не мог сделать это посреди улицы, на виду у всех, но замедлял шаг, стараясь продлить этот путь. Дединка тоже не спешила, шла, будто отмеряя каждый шаг. В молчании они прошли с десяток шагов, вышли за ворота гостиного двора и направились к обиталищу Станибора. Вдруг Дединка остановилась и повернулась к Торлейву. Он тоже остановился. — Ты взабыль… – неуверенно, с волнением начала Дединка, – смог бы нас от твоего князя оборонить? Наши бы отцы не поскупились… |