Книга Королева не любившая розы, страница 169 – Ева Арк

— Господа, дайте же мне жизни!

После обеда 24 апреля он попросил певца Пьера де Ниера принести лютню и вместе с ним и Камбефором спел несколько псалмов Давида. Вошедшая во время этого импровизированного концерта Анна Австрийская очень обрадовалась:

— Ваше Величество явно идёт на поправку!

На что муж ей со вздохом ответил:

— Если бы Господу было угодно вернуть меня на этот свет, Он даровал бы мир всей Европе.

В мае ему снова стало хуже. И хотя король ещё смог принять нового военного министра Мишеля Лепелье, он всё чаще повторял слова Иова:

— Опротивела мне жизнь, не вечно жить мне. Отступи от меня, ибо дни мои суета…

Но оставалось уладить ещё одно важное дело. 6 мая Людовик подписал официальный документ о признании брака герцога Орлеанского. Наконец-то Гастон и Маргарита Лотарингская могли жить вместе и иметь законных детей.

Король теперь совсем не вставал с постели и в матрасе, на котором он лежал, сделали углубление для тазика. Когда приходила Анна Австрийская, муж просил её сесть подальше. У него был сильный жар и он почти ничего не ел.

— Какая ужасная вещь и какой яркий пример ничтожества человеческого – видеть величайшего и могущественнейшего короля христианского мира, превратившегося в труп ещё прежде смерти, в падаль, во вместилище червей, – с болью писал Джустиниани.

В воскресенье 10 мая около четырёх часов пополудни к Людовику подвели детей. Он спал с раскрытым ртом, из-под полусомкнутых век были видны белки закатившихся глаз. Камер-лакей Дюбуа указал им на отца и велел запомнить эту картину на всю жизнь. Слуга, состоявший при дофине, спросил его:

— Ваше Высочество хотели бы быть королём?

— Нет!

— А если Ваш папенька умрёт?

— Если папа умрёт, я брошусь в его могилу! – со слезами выкрикнул малыш.

Около шести вечера король проснулся, будто от толчка. Рядом с его кроватью стоял принц Конде.

— Мне снилось, что Ваш сын герцог Энгиенский схватился с врагом, бой упорный, победа долгое время переходит от одних к другим, но после жестокого боя она осталась за ним и мы победили, – сказал Людовик.

— Его Величество, похоже, заговаривается, – прошептал на ухо священнику принц.

Ночью короля стали мучить сухой кашель и боль в боку. Во вторник он отказался выпить бульон:

— Друзья мои, всё кончено, я умираю.

Епископ Мо причастил умирающего. Королева пробыла рядом с ним до трёх часов ночи, а герцог де Бофор и господин де Сувре спали рядом, положив матрасы прямо на пол.

Следующий день был посвящён беседам со священниками. Вечером король вдруг вспомнил про Вотье – врача королевы-матери, который долгое время провёл в Бастилии.

— Где он? – спросил Людовик.

— Сир, он не смеет показаться Вам на глаза, боится, что Ваше Величество на него гневается.

Король велел его привести, подал ему руку и поговорил с ним.

За окном занимался рассвет 14 мая 1643 года – праздник Вознесения Господня.

Именно в этот день 33 года тому назад началось царствование Людовика ХIII. Врачи единодушно решили, что до завтра он не доживёт. Тогда Людовик воскликнул:

— Слава Богу! Пора прощаться!

Спальня наполнилась принцами, вельможами, чиновниками. Все молились и плакали. Людовик начал прощание с королевы, которую нежно обнял и с которой говорил довольно долго, но о чём, никто не слышал. Потом очередь дошла до дофина и герцога Орлеанского, которых он обнял несколько раз. Без четверти три король испустил дух. Как считается, он умер от туберкулёза.