Книга Королева не любившая розы, страница 50 – Ева Арк

— А ведь она не более предосудительна, – считала Анна, – нежели разговоры, которые ведут испанские дамы во дворце, где, живя затворницами и не разговаривая с мужчинами в присутствии короля и королевы, они в своём кругу только и делают, что хвастаются своими победами и говорят о них как о вещах, нисколько не оскорбляющих их достоинство, а, напротив, делающих им честь.

Тем не менее, бывший испанский посол Тилльер с осуждением доносил в Мадрид,

что королева приняла английского герцога «с великой радостью», и «с первых же дней свобода отношений между ними была столь велика, как если бы они уже давно знали друг друга».

— Причиной тому была решительность герцога, – утверждает посол, – со стороны же королевы – то благоприятное впечатление, которое ей заранее внушили: оно глубоко запало ей в душу… Королева вела себя во время этой встречи так, как ведут себя многие женщины, которые не считают необходимым сохранять достойный вид, раз их намерения добры и непорочны. Я же думаю, что, напротив, она подавала дурной пример и вела себя скандально.

Так как Бекингему редко представлялись случаи видеться с Анной Австрийской, то герцогиня де Шеврёз придумала устроить празднество в своём отеле. Королева приняла приглашение, предложенное подругой, и сам король не нашёл предлога отказаться.

Герцог решил со своей стороны придумать средство, чтобы не покидать королеву и следовать за ней, с той поры, как она вступит в отель герцога де Шеврёза, до того времени, пока она не сядет в карету, чтобы ехать обратно в Лувр. Сначала Анна по выходе из кареты изъявила желание пройтись по саду и опёрлась на руку подруги. Не успели они сделать и двадцати шагов, как вдруг подошёл садовник и предложил королеве одной рукой корзинку цветов, а другой – букет. Анна взяла букет, но в это мгновение рука её коснулась руки садовника, который шепнул ей несколько слов. Королева была сильно удивлена и покраснела. Тотчас же распространился слух, что это никто иной как сам Бекингем. Все тотчас бросились искать его, но садовник исчез, а королеве предсказывал будущее маг, державший её прекрасную ручку в руках своих и говоривший ей такие странные вещи, что королева не в силах была скрыть своего смущения.

Затем Бекингем с необыкновенным успехом играл роль в «Балете демонов», придуманном для этого вечера как самая лучшая забава для гостей. Король и королева аплодировали неизвестному танцору, которого приняли – один из них действительно впал в ошибку – за одного из кавалеров французского двора.

Также было устроено шествие волхов в маскарадных костюмах. Восточных царёй должны были изображать принцы крови: герцоги де Гиз, де Бульон, де Шабо и де ла Тремуйль. Молодой де Гиз, который играл роль Великого могола, был младшим братом герцога де Шеврёза. Накануне празднества Бекингем подарил ему три тысячи пистолей, и предложил, кроме того, одолжить для увеличения блеска костюма де Гиза все алмазы короны Англии, которые Яков VI позволил своему фавориту увезти с собой во Францию. Принц спросил, чем может отблагодарить его за такую большую услугу.

— Послушайте, – ответил Бекингем, – я хотел бы, и это, может быть, пустая прихоть, но она мне доставит большое удовольствие, стать Великим моголом, а когда он должен будет снять маску, мы поменяемся местами.