Книга Королева не любившая розы, страница 68 – Ева Арк

— Нарядившись капуцином и получив от отца Жозефа подробные инструкции, как подобает вести себя монаху этого ордена, Рошфор отправился в Брюссель. Чтобы сбить со следа шпионов враждебной партии, он говорил по-французски с сильным валлонским акцентом и при случае не забывал упоминать о своей ненависти к Франции. В Брюсселе мнимому монаху удалось вступить в братство капуцинов…

Затем Черняк повторяет версию Дюма-отца, утверждая, что Рошфору удалось связаться с маркизом Леска, посещавшим аббатство капуцинов, и получить от него несколько писем для пересылки в Париж. На полдороге Рошфора встретил курьер отца Жозефа, который быстро доставил письма кардиналу. Депеши оказались зашифрованными, но код был скоро раскрыт, и Ришельё смог познакомиться с планами заговорщиков.

После прочтения письма были снова переданы Рошфору, который вручил их адресату – некоему адвокату Лапьерру. За ним была установлена постоянная слежка. Таким путём вскоре открыли, что настоящим адресатом был граф де Шале. Однако особенно важно было то, что в письмах, доставленных Рошфором, обсуждался вопрос о желательности смерти не только Ришельё, но и самого Людовика XIII. Это позволило потом кардиналу разделаться с заговорщиками как с участниками покушения на священную особу монарха. А Рошфор, получивший ответы на привезённые им письма, снова был послан в Брюссель.

— Как только король узнал от кардинала о заговоре, – пишет Дюма-отец, – он хотел отдать приказ арестовать Шале и предать суду королеву и герцога Анжуйского, но Ришельё успокоил короля, прося подождать, пока «заговор созреет». Луи XIII согласился отложить мщение, но для уверенности в том, что Шале будет у него в руках и что виновный не избежит предназначенной ему судьбы, назначил путешествие в Бретань, и двор за ним последовал. Шале, ничего не подозревая, отправился со всеми в Нант.

Граф был далёк от мысли, что он опутан сетью агентов кардинала, и спокойно отправил курьера к испанскому королю с предложением заключить тайный договор, о котором уже велись переговоры с испанскими властями во Фландрии. Испанский двор выразил полнейшую готовность удовлетворить все просьбы заговорщиков. Однако на обратном пути из Мадрида курьер был арестован, и Ришельё получил в свои руки доказательства того, что заговорщики, помимо всего прочего, виновны в государственной измене. Новый заговор был раскрыт во второй раз за три месяца.

В тот самый день, как Шале получил ответ короля Испании, он имел свидание с Анной Австрийской и с Гастоном и, говорят, оставался далеко за полночь у герцогини де Шеврёз. А на следующий день, 8 июля 1626 года, кардинал приказал арестовать его.

После того, как разведке кардинала удалось распутать все нити заговора, король вызвал своего младшего брата, чтобы тот представил ему свои объяснения. Гастон, предатель по натуре, обвинил во всём своих сообщников, особенно Шале.

— Шале, от природы насмешливый, – читаем мы дальше в книге Дюма-отца «Людовик ХIV», – нажил себе при дворе много врагов, и даже сам король не был пощажен его насмешками. Одевая его величество, он часто передразнивал его гримасы и обычные жесты, так что застенчивый и мстительный Луи XIII не раз замечал это в зеркале, перед которым стоял…. Все эти насмешки, ставившие короля в неприязненные отношения к смотрителю гардероба, превратились в преступления, как скоро Шале был обвинён в измене.