Книга Страсть в ее крови, страница 114 – Патриция Мэтьюз

А еще он размышлял об Эдварде Тиче. Странный человек, парадоксальная, противоречивая натура. Убийца, да, в бою убивал без малейшей жалости. Но когда горячка боя проходила, он выказывал сострадание, которое (Майкл это знал не понаслышке) отсутствовало у большинства пиратов. Он никогда не пытал пленников, обычно отпускал их, ограбив суда. А россказни о его захватах всех женщин на кораблях были неправдой. По крайней мере за то время, что рядом с ним был Майкл, такого не случалось. Немногих женщин, которые оказывались на судах, отпускали, частенько несмотря на недовольный ропот пиратов. Верно, Тич держал при себе женщин, иногда нескольких одновременно, содержа их в своем замке и меняя их так же часто, как Господь меняет приливы и отливы. Но большинство из них более чем охотно спали с ним.

Но больше всего сбивало Майкла с толку его отношение к чернокожим. Он поразился, узнав, что больше трети шайки Тича составляют чернокожие. И Тич следил, чтобы они получали равную долю добычи.

Заинтригованный Майкл как-то раз спросил об этом Тича. Тот прорычал:

— Каждый должен быть свободен в своих желаниях, приятель. Цвет кожи и раса значения не имеют. Да, для Тича чернокожий – такой же человек, если может делать то, что я от него прошу. Вот что ты думаешь, что такое пиратская жизнь? Жизнь свободная, где все друг другу равны, берут от остальных все, что могут. Да, благородные думают, что Тич – подлец и негодяй. Может, оно и так. Но в бою разницы никакой. А Тич всегда в бою! – Он фыркнул, глядя на Майкла, и отпустил замечание лично ему, что случалось очень редко: – Я знаю, что ты или, по крайней мере, Малколм Вернер, владеете рабами на своей чудесной плантации. Ты думаешь, это делает тебя лучше старины Тича?

Майкл не нашел, что на это ответить.

И несмотря на это, Черная Борода обладал извращенным и садистским чувством юмора. Майкл был свидетелем множества случаев, отражавших эту черту его характера. Один ему особенно запомнился…

Однажды вечером Майкл и другие пираты пили в каюте Тича. Внезапно Тич выхватил из-за пояса два пистолета, взвел курки и опустил под стол.

— Кого из вас первым пристрелить? – проревел он.

Все выскочили из каюты, кроме Майкла и еще одного пирата. Позже Майкл решил, что тот был слишком испуган, чтобы двинуться с места. Майкл и сам испугался, однако заставил себя оставаться спокойным.

Черная Борода запрокинул голову и разразился громогласным хохотом. Потом вдруг сразу помрачнел. Скрестив под столом руки, он выстрелил из обоих пистолетов. Второй пират получил в левое колено полный заряд. От этой раны он остался калекой на всю жизнь.

Тич проревел, чтобы столпившиеся за дверью пираты отнесли раненого к судовому врачу. Пока раненого уносили, Тич тянул ром и смеялся.

Майкл спросил:

— Почему, сэр, вы нарочно ранили человека, которого всего за несколько минут до этого называли другом?

Тич ответил удивленным взглядом.

— Ну это же просто, приятель. Тичу надо чуть повеселиться, чтобы жизнь стала поярче. К тому же, если бы я этого урода не подранил или не убил, остальные забыли бы, что Тич их предводитель!

За все время, что Майкл провел среди пиратов, он почти ничего не узнал о морском деле.

Черная Борода отказался возиться и учить его.

— Ты мне не для этого нужен, приятель. Ты мне нужен рядом как правая рука. Нужен мне человек благородный, с образованием. Эти подонки у меня на корабле не умеют ни читать, ни писать, ни считать. И я тоже не умею.