Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 180 – Любовь Сушко

Потом я подумала, что это Млада решила поговорить со мной, пока княгиня спит. Мне не хотелось видеть ее теперь здесь, когда она появилась украдкой. Нет, я не отзовусь, буду твердой и сильной, пусть завтра днем девочка найдет меня, и сама подойдет, если ей что-то нужно. Но не слишком ли сильной была моя обида на девочку, ведь она совсем ребенок.

Тогда кто-то тихо позвал меня по имени. Это была не Млада (я скорее почувствовала, чем услышала голос). Я все еще продолжала лежать неподвижно, может и правда окаменела, сразу и не разберешь. Потом все внезапно стихло. Но может подняться и распахнуть двери?

Я не встала, хотя и заснуть больше не могла. Такое смятение было в моей душе, все рассыпалось и куда-то исчезло без следа. Я думала о том времени, когда гости покинут наш град, оставят нас в покое. На следующий день я не появилась в обед и на ужин, попросила служанку сказать всем, что больна, не могу быть с ними. Потом, что-то почувствовав, пробралась на конюшню, схватила оседланную лошадь, и умчалась по знакомой тропинке в чистое поле.

Глава 17 В чистом поле

Мне хотелось только одного – побыть одной, раствориться в бескрайнем просторе, затеряться среди духов и забыть о людях. Не могла же я следить за дочерью, терпеливо ждать, пока она подойдет ко мне, знать, что мы не скажем друг другу и слова. Я уж не говорю о гордой и величественной княгине, настоящей валькирии, жестокой и безжалостной, которая только и желает распоряжаться чужими судьбами. Она ждала, когда я приду и буду просить ее о чем-то униженно, умолять о свидании со своей дочерью – не дождется, я просто не хочу их всех видеть, с меня довольно. Я просто отделила себя от остальных, и решила, что если они не смотрят в мою сторону, то и я не стану этого делать, мне это тем более не нужно. Они без меня обходятся, а я без них еще спокойнее обойдусь.

Я радовалась своей вольности и беззаботности. На какой-то миг лицо незнакомца, я слышала, что его зовут Люком, мелькнуло перед глазами. На этот раз я взглянула на него по-другому, мне от него ничего не было нужно.

Огромный могучий медведь вышел из леса и заставил моего коня резко рвануться прочь. Зверюга на самом деле был громадным, я раньше таких медведей не видела, но кажется я вообще не видела медведей прежде, этот был первым.

Конь мчался, даже не представляю, как я удержалась в седле и не свалилась медведю в лапы. Но, к счастью, этого не случилось, я дико визжала и кричала от ужаса, но конь мчался, ничего не видя и не слышал. Я все еще смотрела на зверюгу и не могла отвести глаза, хотя он был уже далеко и не казался таким громадным, как в первый миг нашего свидания.

Стрела пронзила его брюхо, вторая, третья. Я подумала о том, что кто-то из богов решил мне помочь. Ведь никто из воинов не решился бы стрелять по медведю, он все еще считался священным животным, воплощением самого Велеса. Но стрелял человек, если бы моим спасителем оказался князь Ярослав, говорят, только он убивал медведей, словно ему законы наши не писаны. Но это бы меня не сильно порадовало. Теперь я посмела оглянуться. Зверь уже лежал на боку и не пытался встать.

Только невероятная сила воли заставляло меня держаться в седле, но это было все труднее, правда конь наконец остановился. У меня страшно кружилась голова, было невыносимо тошно.