Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 69 – Любовь Сушко

И только в последний момент я увидела Олега, наверное, я меньше удивилась бы, будь на его месте сам Рус. Конечно, только он мог обрушиться на хазар с такой силой, опасались и кляли меня они не зря. Оставшиеся в живых бежали в дикой спешке.

Мне хотелось стать ведьмой, чтобы порвать их оковы, но сделал это теперь Олег при помощи меча. Он спас меня из самого жуткого плена, я была свободна. Но какая-то жуткая боль пронзила все мое тело в то момент. Наверное, это была хазарская стрела. Они не могли меня просто так отпустить и не отомстить за все, что я сотворила.

В один миг исчезли и Олеговы воины, и хазары, и свет померк, вдруг после яркой вспышки. Мне показалось, что князь наклонился надо мной и что-то сказал, но я не слышала тех слов. Я не знала, жива я или мертва, мелькали обрывки каких-то фраз. И все происходило где-то далеко. Я знала только одно, что хазары разбиты, оставшиеся в живых куда-то унеслись и пропали.

А потом снова возник Олег, я не видела, но чувствовала его. Казалось, что он появлялся и исчезал снова. Но и я была свободна, я наконец была свободна.

Но кем же был Олег, герой он или злодей, я так и не могла это решить ни там, ни здесь. Я умирала, но я умирала благодаря ему свободной, и торжествовала от одной этой мысли, все могло быть хуже, значительно хуже, но он подарил мне свободу

Глава 1 Смерть матери

С самого начала моя матушка была в плену и обиженного на Рюрика воина его Аскольда.

Потом пришел воевода деда Олег и сокрушил Аскольда, но почти ничего не изменилось. Моя мать – дочь великого князя Руса и жены его Всеславы, внучка короля викингов Готфрида, оказалась в конце своей жизни в плену у хазар, когда она покинула Олегов град и отправилась домой, так и не дождавшись спасения, хотя дядюшка Щек все-таки не оставил ее и попытался о ней позаботиться. Тогда уже дядюшка стал ее отчимом и после смерти отца женился на ее матери, моей бабушке. История эта оказалась такой запутанной, что почти невозможно было там что-то понять.

Отважно сражаясь с хазарами, Щек погиб. Она же была надолго разлучена со мною (нас с сестрой Анфисой удалось надежно спрятаться) и отвезена неведомо куда.

И снова Олег, узнав, что строптивая племянница Рюрика в плену, обрушился на хазар и разгромил их безжалостно, он освободил ее тогда. Но одна из стрел попала в грудь Заряны. Она была убита в той схватке. Герой, прозванный потом Вещим, так и не смог ее спасти, хотя немало для этого сделал. Его совесть перед Рюриком была чиста, просто он был бессилен что-то изменить. Вот так она и жила все время в плену и не знала другой жизни.

Впрочем, плен все время с самого начала был сущностью нашей жизни, что тут еще сделать? Дочь ее, которая и родилась в плену, когда она пряталась от вернувшегося в Киев из Царьграда Олега, оставалась в Киеве в то время.

И я часто выходила на высокий брег Днепра, слушала рассказы старой служанки, как она жила тут прежде. Только о холме, с которым была связана какая-то страшная тайна, она никогда не рассказывала. А когда я ее о том спрашивала, она страшно мрачнела и все время только молчала, словно от этого завесила жизнь и смерть. Но со временем я перестала спрашивать о том таинственном месте.

Высокий берег Днепра, чистое поле и белые стены града, нареченного в честь какого-то древнего князя, от коего давно ничего не осталось, ну кроме этого поселка, ставшего со временем градом. Град назвали Киевом, говорят, что имя князя было Кий.