Книга Королева Шотландии в плену, страница 167 – Виктория Холт

Прежде всего она велела схватить посла Марии в Англии, Лесли, епископа Росского, и отправила его в Тауэр.

Она тотчас поняла, что ее опасения имели основания. Друзья Марии в Шотландии под предводительством Хантли и Аргайла выступили на Эдинбург. Керколди Гранджский, хранитель замка, сожалевший о своей измене королеве, когда он возглавил войска Морэя у Карберри Хилла, присоединился к лордам горной Шотландии. Фернихерст, однажды предложивший Марии убежище в своем замке, если она сможет сбежать от своих английских захватчиков, перешел границу. А Леонард Дакр, за которого Мария так успешно ходатайствовала перед Норфолком, что ему удалось не потерять все семейные владения, собрал трехтысячный отряд, и на севере вновь вспыхнуло восстание.

Если бы Марии удалось бежать, ее уже ждала бы целая армия.

Осознавая опасность, Хантингдон и Шрусбери удвоили охрану в Татбери. Они понимали, что готовятся новые планы освобождения королевы, и были убеждены, что никогда еще шансы Марии на побег не были столь высоки.

Но Мария постоянно думала о Норфолке, находившемся в Тауэре. Только в одном она нуждалась больше, чем в свободе, — в любви. Щедрая по натуре, она изливала свою любовь на всякого, готового принять ее; и хотя она знала Норфолка только по письмам, но готова была подарить ему свою преданность.

Ей хотелось быть верной, приносить себя в жертву; она стремилась к совершенным отношениям, которых не получила в трех предыдущих браках.

«Дорогой милорд, — писала она. — Мне бы хотелось знать, обрадует ли Вас, если я отважусь на рискованный шаг. Если на то будет Ваша воля, то меня не испугают опасности…»

Ответа от Норфолка не последовало, и она написала снова:

«Если Вы считаете, что опасность слишком велика, поступайте, как сочтете нужным, но дайте мне знать, как Вы желаете, чтобы я поступила, поскольку ради Вас я готова навсегда остаться узницей или подвергнуть свою жизнь риску для Вашего и моего блага…»

И подписалась в конце этого письма: «Преданная Вам до самой смерти королева Скоттов, мой Норфолк».

Когда Норфолк получил письмо, его от страха прошиб пот. Неужели она не понимает, что с момента смерти Морэя за ней следят пуще прежнего? Он не собирался писать любовные письма, рискуя собственной головой.

Мария считала, что переживает самые опасные недели в своей жизни. Ее враг и свекор, граф Леннокский, стал новым регентом. Вся Шотландия была охвачена пламенем.

Но в намерения Елизаветы не входило допустить, чтобы Мария вновь взошла на трон. Она подавила восстание в Англии, как и то, которое возглавлял Нортумберленд, и послала Суссекса в Шотландию с семитысячным войском, чтобы проучить сторонников Марии. За Суссексом последовал лорд Скроуп, а сэр Вильям Драри разорил многие шотландские общины, провозгласившие свою верность королеве.

Каждый день к Марии поступали печальные известия о страданиях ее сторонников, которые не смогли противостоять военному превосходству англичан.

Зима и ранняя весна принесли много горя. Отчаяние Марии усугублялось мучительными ревматическими болями и болезнью, которая, как ей казалось, была вызвана отравленным воздухом Татбери.

Ее почти не занимало вышивание, не утешало общество верных подруг. Бесс и Джордж Талбот относились к ней дружелюбно, но она знала, что по воле королевы они должны следить за ней. Они не были жестокими тюремщиками, то твердо намеревались не допустить ее бегства.