Книга Граф и Дикарка, страница 7 – Лия Титова

Мегги застонала и медленно открыла глаза. Свет больно резанул по ним так, что снова пришлось опустить веки. Она постепенно вспомнила все, что с ней произошло, но она уже не болталась вниз головой на спине коня. Она почувствовала, как что-то зашевелилось рядом с ней и что-то холодное и мокрое прижалось к ее щеке. Она осторожно открыла глаза и увидела рядом с собой похитителя. Она слабо вскрикнула и попыталась встать, но ее тотчас уложили обратно очень сильными руками. Девушка прищурилась, и мужское лицо приобрело более четкие очертания. Густая борода скрывала нижнюю часть лица, пряча красиво очертанные губы и твердый подбородок. Длинные волосы, небрежно рассыпавшиеся по плечам, цвета пшеницы падали на высокий лоб и на ярко голубые, светящиеся холодным гневом глаза. Его одежда была много раз стиранной и мятой, но не скрывала величия его мощной фигуры. Как могла судить Мегги, он был выше ее отца на сантиметров десять, а Дуглас не был маленьким человеком – он был одним из высоких мужчин клана, не считая Ангуса, Гэвина и Рэндала.

— Ты не представляешь, что совершил!

— Ты так считаешь? – выгнул он бровь.

— Если тебе нужен выкуп, - мудро предложили она, не понимая его мотивов, - отец заплатит любую цену.

— Мне не нужны деньги, мисс Дуглас, - поморщился он, как от оскорбления.

— Тогда что тебе нужно? – насторожилась она, начиная опасаться за свою жизнь.

— Твое внимание, - небрежно ответил он, не обращая внимания на ее дрожь и настороженный взгляд. – Мы совершим небольшое путешествие. Тебе понравится. Только не пытайся бежать – это глупо. Я тебя все равно поймаю, и тогда тебе не поздоровится. Я понятно выражаюсь?

[1] Фамилия правящего дома Англии

[2] Чужак, оскорбительное название англичан

— Не могу сказать, что успеваю за ходом твоих мыслей, - вяло отмахнулась она: от перепалки у нее начала болеть голова. Сейчас она не могла ничего сделать, но мигрень пройдет, и она найдет выход из положения. Она не забыла, что ее зовут Маргарет Дуглас, и она достойна носить имя своих предков.

— Мы отдохнем здесь пару часов, потом двинемся в путь, - он протянул ей ломоть хлеба и кусок холодной оленины. – Вот поешь.

Она взяла еду и спросила:

— Куда мы едем?

— Чтобы ты обдумала, как сбежать от меня или оставить отметки для своих людей? – насмешливо присмотрелся он к ней. – Я не такой дурак, девочка.

— Но хоть что-то мне можно знать?

— Только то, - успокоил или напугал проклятый англичанин, - что мы с тобой надолго будем связаны друг с другом.

— Если это так, - съязвила девушка, - то не мешало бы представится, проклятый сассенах!

— Можешь звать меня Эдвардом или Эдом, как тебе больше нравится, - широко улыбнулся он бунту дикарки: она не боялась обзывать его, глядя прямо в глаза. – У тебя есть имя, мисс Грубость?

— Маргарет, - сквозь зубы процедила она.

— То есть Медж…

— Мегги, - поправила она вынужденно.

— Мегги, - повторил он, пробуя ее имя на вкус. – Тебе идет. Такое красивое и нежное имя для симпатичной малышки.

— Мне уже двадцать три! - сердито сверкнула она глазами. – Я не малышка!

— Я старше на одиннадцать лет, - хмыкнул он ее горячности и пожал плечами. – Так что…

— А не боишься в свои преклонные годы подхватить ревматизм? – съехидничала она.

— Да нет, - весело отозвался англичанин, которому нравилось бесить девчонку. – У меня же под боком каждую ночь будет грелка.