Книга Граф и Дикарка, страница 74 – Лия Титова

— А если?..

— Если ты посчитаешь, что я не прав при гостях, - сообразил он, - просто отвлекаешь меня и вытаскиваешь на свежий воздух. Там все и обсудим, Мегги.

— Мне нравится это решение, - искренне улыбнулась девушка. – Я до сих пор не понимаю, за что мне такое счастье? Даже дома женщину не всегда слушают, а ты поступаешься собственными интересами.

— За терпение и веру в меня, - отозвался Эдвард, сам не понимая, почему делает такие странные выводы и решения. – Ты же ждала?

— Ждала, - твердо ответила она. – Просто не сразу тебя узнала.

— Тебе простительно, - важно кивнул граф и обнял девушку. – Главное мы нашли друг друга. Теперь самое важное сохранить нас.

— Мы справимся, Эдвард, - обняла его жена. – Наш мир слишком жесток и непредсказуем.

— У меня есть ты, - уверенно сказал Чилтон. – А у тебя есть я. Это слишком много.

— Это всегда слишком много для любого времени, - негромко согласилась Мегги. – Эдвард, ты думаешь, дар Генри нам понадобится?

— Да, Мегги, - уверенно ответил он. – Вряд ли нам с тобой. Мы в силах решить проблемы сами благодаря нашей родне и друзьям. Перстень стоит использовать в самом крайнем случае, на грани жизни и смерти, а такого точно не будет.

— Тогда, - просто сказала графиня, - мы должны с тобой позаботиться, чтобы наши потомки знали эту историю и понимали, от кого можно ждать помощи.

— И? твои мысли?

— Мы должны сделать все правильно, Эдвард, - поразмыслив, ответила она. – Мы не только расскажем детям и внукам о вашей с Генри договоренности, мы еще запишем все в дневник.

— Лучше мы с тобой откроем новую традицию в семье Чилтонов.

— Какую? – распахнула глаза девушка.

— Я прикажу сделать семейную книгу преданий, - просто ответил он. – Ты начнешь ее писать с нашей истории. Не скрывай ничего, Мегги, даже свои самые темные мысли. Я тоже буду описывать свои чувства и принимаемые решения. Наши потомки должны знать, с чего началась их история, но это произойдет годы и века спустя. Я даю тебе слово, что не коснусь твоих строк. Пусть нас рассудит время.

— А я не посмотрю в сторону твоих, - пообещала она и засмеялась.

— Что? – удивился он.

— Эдвард, я не смогу прочесть ни одного слова в любом случае.

— Почему? – недоуменно вскинул он бровь.

— Я умею говорить на твоем языке, но пишу на своем.

— А я не знаю твоего языка, - развеселился он. – Мы просто идеальная пара.

— Я дала тебе все клятвы, Эдвард Чилтон, - веско сказала она, не опуская глаз, - и не предам. Просто верь меня и в меня. Я уже полностью предана только тебя.

— А я поклоняюсь тебе. Мой выбор. Я так хочу, - он глубоко заглянул в ее мягкие светлые глаза. – Умоляю, никогда не принимай никаких скоропалительных решений, пока не поговоришь со мной. Счастье слишком хрупкое. Его можно разрушить одним ударом меча.

— Я знаю, - поежилась она, как от холода. – Не отпускай и не предавай меня, Эдвард, - едва не плача, попросила она. – Меня это просто уничтожит.

— Никогда! – резко выговорил он, чувствуя, как сжимается сердце и холодеет душа от одного предположения, что Мегги не окажется рядом. Он сильнее, почти до боли, стиснул ее, не желая отпускать: - Ты мое настоящее и будущее. Моя жизнь! Я без тебя ничто!

— А я без тебя!

Гленнарис

В большом замке царила тишина. Изабелла старалась помогать мачехе по замку, но отсутствие Мегги ощущалось слишком сильно. Роберт не доставлял неприятностей и вел себя тихо, но отец сильно изменился. Он выглядел потерянным и постаревшим, даже Джудит не могла отвлечь его от хандры. Изабелла тоже пыталась встряхнуть отца, но удача повернулась к обеим спиной. Даже известие о скором отцовстве вызвало у лаэрда только мгновенную радость, потом его лоб опять прорезали морщины. Джудит не обиделась. Она знала, как он относится к своим детям, и понимала, что в его большом сердце есть место для нее и их детей. Он сразу успокоится, как только найдется Мегги, и станет собой.