Книга Царская невеста, страница 37 – Виктория Воронина

Сказав эти слова, девушка пошла в приемный зал, намереваясь вместе с сопровождавшими ее лицами вернуться в Ямскую слободу. Касимовский царь остался один, но все еще продолжал думать о ней. По полному спокойствия, голосу невесты от царя Алексея он явственно ощущал, что глубоко ей безразличен. Но ему все же польстило, что она готова идти даже на смерть, лишь бы не упустить даже призрачной надежды на супружество с ним. Сеид-Бурхан не привык, чтобы женщина спорила с ним, у татар это было не принято. А вот у Маши Плещеевой, лица которой он так и не имел случая увидеть, строптивость выглядела необычайно милой и привлекательной, и он невольно признал за нею право на любое обращение с ним, даже откровенную дерзость.

Еще хан Ильдар признал, что скорее всего и раньше начал испытывать к ней живое участие, иначе бы не решил вызвать ее в Ханский дворец побудить советом к скорому отъезду. Мать задержала его, вопя и требуя наказать русских каменщиков, отказавшихся везти ее на себе, и ему потребовалось немало времени, чтобы убедить ее не ссориться с рязанским князем, чьими подданными были строители. Едва Фатима-Султан вняла его доводам, успокоилась и ушла, он случайно выглянул из окна своих покоев и стал свидетелем чрезвычайно забавной и уморительной сцены, как Маша Плещеева пыталась подружиться с его гепардом, который кроме него не подпускал к себе по доброй воле никого. Понимая, что в приемный зал ему нет смысла идти Ильдар сразу направился в сад, опасаясь, что Пардус ненароком ранит девушку. А после разговора с нею ощутил неожиданное сожаление при мысли, если она все же уедет из его владений домой, испуганная неприкрытой угрозой лишиться жизни.

— Правда хороша девица, Пардус? – обратился он с вопросом к своему пятнистому любимцу, которого самолично выпестовал с детства. Гепард в ответ пренебрежительно фыркнул, считая, что есть дела поважнее девиц.

Машей владели совсем иные чувства. В Посольскую избу девушка вернулась разочарованной и подавленной. Касимовский царь лишь смеялся над ней и не хотел жениться, и она уже не знала, что ей предпринять, чтобы добиться успеха в столь щекотливом деле. Назойливой мухой на задворках сознания крутилась мысль, что ключик к решению ее задачи заключается в словах самого молодого хана, что приручить всякое живое существо можно лишь с помощью любви. Но Маша старалась не думать об этом, ей молодой татарин вовсе не казался достойным ее девичьего сердца, и она не испытывала никакого удовольствия думая о совместной жизни с ним. И все же дочь воеводы Плещеева намеревалась сделать все возможное, чтобы покорить его сердце и тем самым удовлетворить требования боярина Морозова.

Скоро Маше снова представился случай увидеться с царем Касимова. На следующее утро над городом закружились пушинки первого снега, и Джамиля радостно объявила девушке, что татары будут справлять праздник ранней зимы Каз Омэсе – «Гусиное перо». Позади остались осенняя уборка урожая и приготовление запасов на зиму, и Каз Омэсе означал взаимное угощение, веселые игры и развлечения молодых неженатых парней и девушек, которые не только ощипывали гуся, заготовляя из пуха одеяла, подушки, мясо длительного срока хранения и лечебный гусиный жир, но и приглядывались друг к другу, выбирая себе пару.