Книга Гувернантка из Лидброк-Гроув, страница 78 – Виктория Воронина

Зато счастливые события в жизни моего кузена Джона Уилсона, напротив, очень радовали меня. Джон познакомился с дочерью одного из судовых врачей, которые служили на принадлежащих его отцу кораблях, Маргарет Бемптон, и настолько пленился ею, что через месяц сделал ей предложение. В отличие от меня мисс Бемптон смогла по достоинству оценить прекрасные личные достоинства моего кузена и, не колеблсь, ответила ему «да!». Они оказались подходящей парой, живущей в любви и согласии, и даже когда неудача постигла семью Уилсонов, и она разорилась, это не сломило их, а напротив ,сплотило ради блага детей. Мой дядя не перенес такого удара судьбы и скончался, а вот трудолюбивый Джон, вдохновляемый и поддерживаемый Маргарет, показал себя с лучшей стороны и спас треть семейного состояния.

Я хотела вернуть Джону деньги банковского вклада его отца, когда узнала о его бедственном положении, но кузен с подобающими случаю благодарностями, отказался от них, говоря, что я нуждаюсь в них больше, он же своим упорным трудом вернет семье былое благополучие.

Удостоверившись в том, что Джон действительно возрождает семейное предприятие, я успокоилась и вернулась душой к школьным делам. Монотонные будни Лидброк-Гроува весьма скрашивали знакомства и визиты с немногочисленными представителями дворянских семей здешней округи, подчас это было единственным развлечением в нашем захолустье. Директриса и я любили посещать очень приятную в общении Барбару Вуд, вдову нашего бывшего приходского священника. Еще при жизни ее мужа мы завели с ней близкое знакомство и теперь, когда она стала старой одинокой женщиной, не упускали случая навестить ее.

В этот день очередь читать вечерние молитвы с ученицами была учительницы музыки Люси Грешэм, и у меня было время посетить свою хорошую знакомую после прогулки по окрестностям нашего учебного заведения. Взяв за руку Элен Миллз, я позвала остальных воспитанниц, играющих на лугу, и они, заученно построившись в одну колонну, попарно последовали за мной в школу.

Кухарка любезно снабдила меня только что испеченным пирогом с мясом птицы, миссис Леннокс передала для Барбары Вуд баночку джема из красной смородины, и, сложив наши скромные подношения в небольшую корзинку, я с легким сердцем отправилась в путь.

Дорога доставила бы удовольствие любому любителю пеших прогулок. Вдалеке, в лучах послеполуденного солнца, золотилось поле, по краю которого неспешно перебегали белые, озабоченные поиском вкусной травы кролики. Царила воскресная тишина. Ее нарушало лишь пение птиц и назойливое жужжание насекомых. Затем начали звонить колокола, и я за следующим поворотом увидела знакомую сельскую церквушку.

Миссис Вуд вышла вместе с остальными прихожанами в небольшой двор, но задержалась возле нового священника, чтобы поблагодарить его за сильную проповедь. Я знала, что этот светловолосый проповедник Артур Тейлор обладает природным даром слова, способным увлечь за собой прихожан, и испытывала к нему глубокую симпатию за его искренность и верность христианским заповедям. Он же питал ко мне более нежные чувства и, если бы я могла забыть Дориана, то вполне могла стать год назад миссис Тейлор. Однако, несмотря на разлуку и расстояние, неподвластная здравым рассуждениям моя любовь к баронету Эндервиллю неуклонно росла как могучее дерево, и с этим ничего нельзя было поделать. Молодой священник Тейлор понял это и прекратил свои ухаживания.