Книга Лисий переполох, страница 120 – Екатерина Боброва

Его руки на груди. Больно.

Треск штанов. Противно.

Тяжесть чужого тела, острый камень под животом.

Собственное равнодушие – защита от происходящего.

И проблеском надежды знакомый запах: прижаренной на солнце хвои, жухлой листвы с нотками спелого яблока.

Исчезла тяжесть, свет факелов ударил по глазам.

— Я его убью! – взбешенный рык Хайлина и не менее взбешенный Яньхэна:

— Нет, я сам! Он мой страж!

Удар. Еще удар.

Я позорно зажмурилась, чувствуя, как горячие слезы покатились из глаз.

— Ли Я! – веревки дернуло – и руки стали свободны.

Меня осторожно перевернули, подняли.

Хайлин беспокойно осмотрел меня и тут же смущенно отвел взгляд. Поспешно накинул на плечи свой плащ. Заметил слезы. Испугался:

— Где-то болит? Скажи, где? Я отнесу тебя к целителю.

Ныло ушибленное тело, но больше всего ныла душа, в которой только что грубо потоптались сапогами…

— Не нужен целитель, - помотала головой. – Он не успел… Вы вовремя.

И я зарыдала в голос, прислоняясь к Хайлину.

Тот растеряно постоял, потом осторожно обнял.

— Прости, моя вина. Я видел, что Тефэн странно себя ведет, но не посчитал его поведение угрозой. Мне нет прощения.

И меня успокаивающе погладили по спине.

— Все хорошо. Все закончилось. Только скажи, и я вывезу тебя из дворца. Передашь жемчужину мне или Яньхэну, получишь награду, и тебя не нужно будет больше собой рисковать. Не плачь, прошу! Ты мне сердце рвешь слезами.

— Моя вина, - к нам подошел Яньхэн, тяжело вздохнул. – Я был слишком к нему привязан и не замечал болезни. Не стану я передавать твоего обидчика в суд, но сегодня он исчезнет из дворца. Надеюсь, в следующей жизни Тефэн будет хорошим человеком и искупит свою вину перед тобой.

— Господин, мы нашли травы, - проговорил кто-то, - и евнуха Чжао Сыфу. Он жив, но сильно ушиблен по голове.

— Ведите его сюда, - распорядился князь. – Ему придется вернуть Да Ли Я обратно в гарем. Мы не можем сейчас искать другого сопровождающего.

— Я сама, - шмыгнула носом, в присутствии Хайлина вспомнив о том, что я сильная и независимая лиса. Ага… Бегать быстрее нужно, раз не могла с мужиком силой совладать. И орать громче.

— Не глупи, - посоветовал князь. – Вернувшуюся в одиночестве служанку ждет допрос и расследование, а нам нельзя привлекать внимания.

Я отлипла от Хайлина, повернулся к Яньхэну, выразительно шмыгнула носом, и мужчина скривился, оглядывая мою пострадавшую прическу, залитое слезами лицо. На то, что было скрыто плащом, он даже смотреть не стал. Тут и дурак опознает во мне жертву насильника не то, что опытные стражи на воротах гарема.

— У тебя на лице кровь. Ты ранена? – спросил он.

— Не моя, - ответила я, оскалившись.

Глава 20, в которой лиса отдает жемчужину и себя

На меня глянули с уважением и протянули шелковый платок. Я вытерла лицо – белоснежная ткань мгновенно стала бурой. Покрутила платок в руках и убрала в карман. Отстираю – верну князю.

— Как ее проведем мимо стражей? – с тревогой уточнил Хайлин.

Н-да, проблема. Если в таком виде появлюсь в гареме – точно возникнут вопросы. А последнее, что мне хочется – это привлекать внимание кого-либо из дворца.

Яньхэн тяжело так вздохнул, словно не мог на что-то решиться. Потянул за шнурок и достал из-за пазухи продолговатую сушеную косточку. Они столь не совпадали: косточка и аристократ, что я заподозрила кого-то из них в обмане.