Книга Терновый венец для риага, страница 28 – Юлия Арниева

— Есть, — кивнул старик. — Зверья в лесу полно, расплодилось без охотников.

— Соберите всех, кто умеет держать лук или рогатину, даже мальчишек. Всё, что добудут в общий котел. А с рыбой... — я посмотрела на улов. — Женщин из башни пришлю вам в помощь.

Прошло больше недели с тех пор, как Орм отправился на рынок, а обоз всё не возвращался. Каждое утро я выходила на стену и вглядывалась в дорогу, что петляла вдоль реки и терялась за дальним холмом. Пустая. Ни повозок, ни людей. Только ветер гнал по ней сухие листья и поднимал пыль.

Ночами я лежала без сна, прислушиваясь к каждому шороху за окном, и мысли крутились, как белка в колесе. Три дня туда, три обратно, говорил Орм, но прошло восемь. Что могло случиться? Застряли в грязи? Погода испортилась, и пришлось переждать? Или на них напали разбойники? Шестеро воинов — слишком мало, чтобы отбиться от целой банды. А если их убили, груз забрали, и теперь Мойра с Финтаном лежат где-то в придорожной канаве?

Я сжимала кулаки под одеялом так, что ногти впивались в ладони до боли. Нет. Думать об этом нельзя. Орм опытный, он не полезет в драку без нужды. Мойра хитрая, она найдёт способ выкрутиться. Финтан... Финтан молодой и горячий, но он не дурак. Они вернутся. Должны вернуться.

Чтобы не сойти с ума от ожидания, я с головой ушла в работу. Дел хватало с избытком, и каждый день расписывался по минутам так, что к вечеру я валилась с ног, едва добравшись до кровати.

Утро начиналось с обхода башни. Я проверяла, как идёт ремонт стен, где успели залатать дыры, где ещё предстояло работать. Эдин с помощниками закончил чинить старую печь в казарме и приступил к кладке новой. Я стояла рядом, наблюдая, как он ловко укладывает кирпичи, промазывая швы глиной.

— К вечеру закончу, — пробурчал он, не отрываясь от работы. — Завтра уже топить можно будет.

— Хорошо, только трубу проверь дважды, чтобы не дымило.

— Проверю, госпожа. Я своё дело знаю.

Крышу чинили уже четвёртый день подряд. Двое мужчин лазили наверху, как пауки, перекладывая сгнившие балки и затыкая дыры свежей соломой. Я поднималась к ним дважды в день, проверяя, как продвигается работа. Ветер на крыше был такой, что сбивал с ног, но они держались, упрямо продолжая.

— Ещё два дня, и основное закончим, — крикнул один из них, перекрывая вой ветра. — Дальше только мелочи останутся.

Двор тоже преображался. Старые доски, что валялись без дела, мы пустили на настилы, чтобы не тонуть в грязи при каждом шаге. Мужчины укладывали их плотными рядами, где-то подпирая камнями, где-то вбивая колышки. Теперь можно было пройти от башни до конюшни, не измазавшись по колено.

Стирка превратилась в ежедневное мероприятие. Женщины таскали воду из колодца, кипятили её в огромных котлах, стирали бельё с золой и щелоком, потом тщательно полоскали в едва тёплой воде. Я сама не гнушалась помогать, таская вёдра и развешивая бельё на верёвках, натянутых во дворе.

Кухня тоже требовала постоянного внимания. Бриджит готовила на всех, и котлы кипели с утра до вечера. Я заходила туда несколько раз в день, проверяя, хватает ли продуктов. Запасы таяли быстро, и я с тревогой смотрела на полупустые бочки с зерном.

— Ещё неделю протянем, — говорила Бриджит, помешивая густую похлёбку. — Потом придётся урезать порции.