Книга Попала в книгу Главной злодейкой, страница 149 – Елена Звездная

Эрмери не отвел взгляда. Он стоял, вытянувшись в струну, но на его обычно бесстрастном лице проступила мертвенная бледность. Серо-голубые глаза советника встретились с пылающим взором монарха. В этом безмолвном поединке решались судьбы империй, но для меня сейчас существовал лишь этот удушливый запах озона.

— Эрмери? — голос Рейнхарда прозвучал тихо, почти ласково, но от этой интонации по моей спине пробежал настоящий ледяной мороз. Так хищник подзывает к себе провинившегося пса перед тем, как перегрызть ему горло.

— Ваше Величество, — голос советника был ровным, но я видела, как на его шее судорожно перекатился кадык. — Леди… не в себе. Потрясения последних дней лишили ее способности рассуждать здраво.

— Лишили способности? — Рейнхард вдруг резко обернулся ко мне, рывком сокращая расстояние так, что я почувствовала жар, исходящий от его груди. — Одержимый? Чудовищный? Ад?

Он наклонился так низко, что его губы почти коснулись моих, но в этом движении не было нежности — только обещание неминуемой расправы. Зрачки его глаз окончательно поглотили синеву, превратив взор в две бездонные черные воронки.

— Ты думаешь, — прошипел он, и я кожей ощутила его ярость, — что признание в любви к моему псу спасет тебя от моей постели? Ты думаешь, что угроза ядом остановит?

Он вдруг рассмеялся — горько, зло и так громко, что хрустальные подвески на люстрах жалобно зазвенели.

— Ты права в одном, Лириэль. Я одержим. И я чудовищен. И раз ты сама выбрала ад, то я позабочусь о том, чтобы он был для тебя самым жарким местом во всех мирах.

— Вы не посмеете… — выдохнула я.

— Я — Император, — Рейнхард рывком вздернул мои руки вверх, заставляя меня встать на цыпочки. — Я смею все. Ты пойдешь на корабль сейчас. И если я увижу в твоих руках хоть намек на флакон с ядом — я прикажу казнить весь твой род Алого Заката. На твоих глазах. Медленно.

Ну вот оно — шантаж!

Я улыбнулась.

Насмешливо, победно, уверенно, и едва меня отпустили, дерзко ответила Императору:

— Облом, мы не в Элладоре! Мы в Элиантаре, а тут плевать мой дом хотел на все ваши угрозы! Меня вы забрать можете, в этом вы мастер, но мою семью — нет!

Вот так. Шах и мат.

— А что касается ядов — Ваше Величество, похоже, забыли, что я эльфийка и дочь своего отца — за пять лет я научилась делать яд даже из чая.

И он понял.

Медленный шаг назад.

Молчаливая попытка испепелить меня взглядом.

Этот шаг назад в исполнении Рейнхарда стоил дороже, чем тысячи слов. В зале повисла такая тишина, что было слышно, как гудит магия в стенах посольства. Воздух, секунду назад раскаленный до предела, внезапно стал холодным и разреженным.

Император молчал. Его зрачки медленно возвращали себе человеческую форму, но синева глаз стала пугающе прозрачной, как лед над бездной. Он смотрел на мою улыбку, на этот дерзкий изгиб губ, и я видела, как в его мозгу проворачиваются тяжелые шестеренки осознания.

Я ударила в самое больное место — в его самоуверенность.

Он действительно забыл, где находится. Для него мир всегда был шахматной доской, где он — единственный игрок, а все остальные — фигуры. Но в Элиантаре, под защитой эльфийских законов и Древа, его легионы были лишь тенью. А угроза в адрес моего отца, великого мастера алхимии, и вовсе была смехотворна. В этом лесу Рейнхард мог забрать меня, потому что Старейшины решили откупиться «лгуньей», но тронуть мой род — значило начать войну, которую Дракону не выиграть на чужой территории.