Книга Попала в книгу Главной злодейкой, страница 155 – Елена Звездная

— А как там поживает… леди Оливия?

Эрмери замер и я увидела в его глазах не просто удивление, а настоящую, неподдельную настороженность. С чего бы?

— Леди Оливия? — Эрмери произнес это имя так, словно пробовал на вкус горькое лекарство. — Вы спрашиваете о той самой служанке, которая имела неосторожность пролить суп в кабинете Его Величества?

Я откинулась на спинку кресла, вертя в пальцах тонкую ножку кубка. Вино в нем отражало блики люстр, напоминая жидкий рубин.

— Именно о ней. О той невинной душе с огромными глазами, которая так трогательно порезала палец. Согласитесь, лорд Эрмери, такая неуклюжесть просто обязана пробуждать в великих правителях желание защищать и оберегать. Разве нет?

Советник Императора внимательно посмотрел на меня. В его взгляде мелькнуло мимолетное понимание — он был слишком умен, чтобы не заметить иронии в моем тоне, и все же главной эмоцией оставалась настороженность.

— Боюсь, ваши ожидания расходятся с реальностью, леди Лириэль, — холодно ответил он. — Леди Оливия Гинберг… — Эрмери произнес это имя с явным отвращением. — Выяснилось, что ее отец опаивал ее вовсе не из-за долгов. Он пытался сдержать ее дар. Леди Оливия — талантливая и абсолютно беспринципная некромантка. Ее ореол невинности был иллюзией, скрывающей способность пожирать чужую жизненную силу. Во дворце она предприняла попытку приворожить Его Величество магией крови, а когда это не вышло — попыталась захватить ауру леди Гиллидан, новой воспитанницы вашей тетушки. Но не вышло и это — Его Величество думал лишь о той, кого видел во снах, и не смотре ни на кого более.

Я чуть бокал не обронила.

— Что? Вы шутите?!

— Да какие шутки, — Эрмери совершенно серьезно смотрел на меня. — Это было… действительно опасно. Но откуда вам известно об этой женщине, леди Лириэль? Вся возможная информация была сокрыта сразу.

И его испытующий взгляд уставился на меня.

Я на него.

Потом подумала и решила:

— Да нет, бред какой-то.

Но, судя по взгляду Эрмери, бредом случившееся не было. С другой стороны — я ведь тоже знала, что с Оливией что-то не так, просто списывала это на законы жанра.

— Откуда вы знаете? — уже с нажимом произнес Эрмери.

— Тетушка и ее ооочень длинные письма, — попыталась выкрутиться я.

Эрмери кивнул, не став расспрашивать больше.

А затем решил совершить внезапное признание:

— Леди Лириэль, а известно ли вам, по какой причине его величество так настаивал на разговоре с вами?

— М? — я вопросительно изогнула бровь.

— Картины, — Эрмери поднялся. — Его величество никогда не умел рисовать, но Императорский художник, по словамповелителя, составил несколько портретов девы, что приходит в Императорские сны вот уже шесть долгих лет. И вы даже не представляете то удивление, что я испытал, увидев в Весенних Садах вас — девушку с тех картин. Искренне удивлен, что ваш жених там и тогда остался жив. Действительно искренне удивлен.

И Эрмери меня покинул.

А я осталась осознавать невероятное — Император меня помнил!

— Да нет, бред полнейший!

И я с удовольствием допила теплое вино, вкусненькое очень. Мне нравилась моя жизнь, а брак с Инидаром можно было отодвинуть еще лет на двадцать, если я вообще решу выходить за него замуж. Может и не стоит.

Вино в кубке остыло, а я все сидела, глядя на пустую дверь, за которой скрылся Эрмери. Сны? Картины? Шесть лет?