Книга Попала в книгу Главной злодейкой, страница 73 – Елена Звездная

Отец, не выпуская моей руки, подвел меня к корням Древа. С другой стороны встал Эмардар, опираясь на витой посох.

Воздух сгустился. Магия здесь была плотной, древней и совершенно беспристрастной.

Эмардар сделал шаг вперед.

— Лириэль, дочь моей дочери, — его голос разнесся по залу без всякой магии. — Ты стоишь перед Ликом Истины. Здесь нельзя утаить ни помысла, ни деяния. Если ты солжешь, ветви Древа оплетут твое тело и прорастут сквозь твою плоть, выпивая твою жизнь каплю за каплей в назидание другим лжецам. Ты готова отвечать?

— А что, выбор есть?

Я взглянула на отца — в его глазах прочла отрицательный ответ.

Сглотнула, вскинула подбородок и ответила:

— Готова.

Эмардар прищурился.

— Нам известно, где ты была и с кем. Ты жила в логове Дракона. Ты, носительница чистейшей крови Золотого Листа, стала игрушкой в руках врага всего живого. Скажи нам, женщина…

Он сделал паузу, упиваясь моментом.

— Ты была любовницей Императора?

Вопрос хлестнул, как пощечина. Отец напрягся. Братья, стоящие в толпе представителей дома Золотого Листа замерли. Все смотрели на меня. И Древо, казалось, наклонило свои белые ветви, прислушиваясь.

Сказать «нет» — значит признать насилие. Сказать «да» — опозорить отца. Но я помнила те ночи. Я помнила жар, помнила страх, помнила странную жесткую хватку Императора, тяжесть его руки на моей груди.

Что ж, выдержала паузу, давая тишине набрать вес.

— Не знаю, — произнесла я четко и громко. — Но я делила с ним ложе. Я была его добычей. Я стала его трофеем. И я совсем не уверена в том, что дому Золотого Листа нужен такой враг как он.

Зал ахнул. Дерзость! Неслыханная наглость. Я не ответила «да» или «нет», я ответила по существу.

И в этот миг корни Древа вспыхнули мягким, ровным белым светом. Истина. Ни тени лжи.

Отец шумно выдохнул, и на его лице проступило облегчение. Он уже сделал шаг, чтобы забрать меня, считая испытание оконченным, но посох Эмардара с сухим стуком преградил мне путь.

Старейшина был в бешенстве. Его глаза сузились.

— Не спеши, Гладиар, — прошипел он. — Древо приняло ее уклончивый ответ, но у меня есть право на три вопроса.

Он повернулся к Древу, воздев руки.

— Древо Правды, рассуди нас! Принадлежит ли эта женщина Императору Элладора?

Вопрос был с подвохом. Магическая принадлежность. Право собственности. Печать.

Я почувствовала, как внутри все сжалось. Император говорил: «Ты моя». Он объявил меня женой перед всем двором. Я сама, в ту отчаянную ночь, признала его власть над собой.

Древо зашумело. Листва затрепетала, и вдруг ствол озарился густым, насыщенным зеленым сиянием.

Цвет подтверждения.

Ответ — ДА.

По рядам золотых эльфов прошел ропот. «Она принадлежит дракону», «Скверна», «Собственность врага».

Отец, однако, вдруг холодно усмехнулся.

— Как видите, — громко сказал он, глядя прямо в глаза Эмардару, — больше говорить не о чем. Она принадлежит другому владыке. Вы не можете претендовать на собственность Императора Элладора, не объявив ему войну.

Это был шах. Если я принадлежу Императору, то Золотой Лист не может забрать меня для своих селекционных нужд без прямого конфликта с Империей. А воевать эльфы не любили.

Но Эмардар не собирался сдаваться. Его лицо пошло красными пятнами, губы побелели. Он понимал, что упускает редчайшую кровь.