Книга Дневная жена незрячего Дракона, страница 20 – Хель Сорго

Граф слабо, едва слышно за перестуком колёс, застонал, и я поняла, что от него пышет жаром так, что воздух вокруг нагрелся, будто от печи.

— Райдо? – позвала шёпотом, чтобы не разбудить детей, но «муж» мой не ответил. – Райдо, ты в порядке? Граф… – и, запнувшись, решилась проверить: – Граф Эстерхейз?

— Воды, – отозвался он слабо. – Прошу, воды…

И внутри у меня всё сжалось.

— Воды, – повторил он тихо, похоже, пребывая в полубреду, – пожалуйста, Эсмита, Мелиа…

Я осторожно, чтобы не разбудить, переложив мальчика со своих колен на мягкое сидение, насторожилась, помедлив.

Имена каких это девушек так самозабвенно шептал граф?

Не то, чтобы мне было до этого дело, конечно, но…

— Эль Сапфира, Рарэтта, – продолжал он, прерывисто дыша и слабея с каждым мгновением.

Здесь мне сделалось уже по-настоящему страшно за него и сочувствие заставило прикусить губу, чтобы не впустить из глаз слёзы.

Приставку «Эль» добавляли либо к имени матери, либо к имени королев.

Он звал своих близких…

Когда тебе плохо, всегда ведь зовёшь самых родных.

— Граф, – произнесла я шёпотом, открывая свой чемодан, чтобы в него положить спящую малышку. Так она не упадёт, если поезд тряхнёт, и Эрика можно не будить, чтобы помог. Им бы хорошо отоспаться, я ведь даже не знаю ещё, насколько далёкий нам предстоит путь.

— Граф, – присела рядом с ним и прохладной ладонью легонько погладила его лоб, – вам больно? Я тогда дам обезболивающее.

Ресницы его задрожали, нет-нет, да пропуская сквозь себя золотое свечение, и он подался ко мне чуть ближе, из-за чего пришлось надавить ему на плечи, заставляя лежать спокойно.

— Всё горит внутри, – выдохнул Райдо, – ты не поможешь… Просто хочется пить.

— Да, конечно, – я достала флягу из кармашка чемодана, открыла и прислонила к губам Райдо, помогая ему сделать несколько громких, жадных глотков.

Ручейки воды пролились и серебристыми нитями разбежались по его подбородку к шее, а там и за ворот кителя, застёжки которого я попыталась расстегнуть вместе с рубашкой.

На самом деле, без всякой задней мысли. Просто хотела облегчить ему дыхание, а не проверить, что там со шрамом от ранения.

А его, к слову, почти не было видно…

Невольно скользнув взглядом по идеальному, рельефному телу, кончиками пальцев проведя по гладкой, будто шёлк, коже, я ещё немного отодвинула ткань его одежды. И там, где должна была быть заклеена рана или хотя бы виднеться шрам, обнаружилось лишь лиловое, будто синяк, пятнышко.

Ни один маг не смог бы оправиться так быстро после ранения, которое я видела в первую нашу встречу! Ни один.

А вот дракон…

Он снова застонал, на этот раз так крепко и неудачно стиснув зубы, что из уголка губ сбежала струйка крови.

И я вспорхнула с места, вынула из рукава платья-пальто платок, смочила его остатками воды и положила графу на лоб.

— Эстерхейз, – прошептала, склонившись к нему, – если расскажете, почему это происходит с вами, быть может я могла бы помочь… Хотя бы попыталась! Это некая болезнь или кто-то виновен?

Он с трудом разомкнул веки, слегка успокоившись от прохлады на лбу, и направил на меня свой незрячий чарующий взгляд.

— Ты…

Сердце моё зашлось как бешеное. Я едва не отпрянула, но сдержала себя, лишь широко распахнула глаза.

— Я? Это нелепо. Как я могу быть в таком виновна?!