Книга Попаданка с приветом, или Дети, заберите вашу мать!, страница 44 – Алиса Квин

— Говорили, что он заставил Арабеллу подметать дорожки в саду, — вспомнила я наш прошлый разговор.

— Не просто заставил, — фыркнула метла, — Он сказал, что ты ничего не умеешь без магии. Даже подметать нормально не способна. Что лоэра-драконица, не способная удержать брак, — это позор.

Грошик тихо выругался. Очень некультурно.

— Вот почему он так реагирует на меня с тобой, — медленно сказала я. — Он думает, что я… издеваюсь. Напоминаю ему о той ссоре.

— А ты и правда ходишь повсюду с метлой, — буркнул кошелек. — Символично, конечно, но опасно для нервной системы мужа.

Я опустилась на край кровати.

— Он не знает, что Митрофановна живая.

Я закрыла лицо ладонями, сдавливая виски.

— И хорошо, что не знает! — сказала метла.

Мы замолчали.

— Значит, — тихо проговорила я, — он любит Арабеллу. Но по-своему. Делает через страх, контроль и гнев. Хотела бы я знать, почему Арабелла хотела развода? Признаться, я даже думала, что между Киллианом и Селиндой что-то было, поэтому она так агрессивно ведет себя со мной. Не похоже на то, что лоэр Уиллард водит шашни на стороне. Но развода просила Арабелла. Почему?

Ответа не было.

Я сидела на кровати, сцепив пальцы, и смотрела в одну точку. Все, что рассказала Митрофановна, не укладывалось в голове.

— Значит… — медленно сказала я. — Он не просто злится из-за метлы. Для него это напоминание.

— Напоминание о том, как все пошло наперекосяк, — кивнула Митрофановна. — И о том, что он тогда наговорил лишнего.

— Лишнего? — фыркнул Грошик. — Да он там целый мешок лишнего вывалил, если верить слухам.

Я подняла на него взгляд.

— Что именно?

Кошелек поерзал на столике, будто выбирая, с какой стороны подойти.

— Он сказал, что ты для него обуза. Что брак был ошибкой. Что дракон без крыльев хотя бы знает свое место, а ты… — Грошик замялся. — А ты якобы забыла, кто ты есть.

Мне стало холодно.

— И после этого… было падение, — тихо добавила я.

Митрофановна скрипнула древком. Я судорожно вдохнула.

— Он думает, что я помню все это.

— Конечно, — буркнул Грошик. — А ты ходишь, улыбаешься, таскаешь с собой метлу, не боишься Совета, огрызаешься на Селинду… Он просто не понимает, что происходит.

Я закрыла лицо ладонями.

— Если он узнает, что я не Арабелла…

— То сначала будет шок, — спокойно сказала Митрофановна. — Потом злость. Потом страх.

— А потом? — почти шепотом спросила я.

Метла помолчала.

— А потом все будет зависеть от того, кого он уже успел полюбить.

— Но я ему уже говорила, что я не Арабелла, — мрачно вспомнила я, — только он мне не поверил.

В комнате повисла тишина. Я убрала руки от лица и посмотрела в зеркало. Женщина, смотревшая на меня оттуда, была красивой, сильной, но какой-то чужой. Мое лицо казалось мне незнакомым.

— Он сегодня сказал, что не выдержит, если потеряет меня, — тихо произнесла я. — Но он говорил это Арабелле. Своей жене…

— Не совсем, — осторожно вставил Грошик. — Он говорил это тебе. Здесь и сейчас. Я там был, между прочим.

Я слабо усмехнулась.

— Спасибо, свидетель.

В этот момент за дверью послышались шаги. Тяжелые, уверенные. Я узнала их сразу.

— Это Киллиан, — прошептала я.

— Мы в тень, — тут же скомандовала Митрофановна.

Грошик нырнул обратно в карман, метла замерла у стены, изображая самый обычный предмет интерьера. Я поднялась и сделала шаг к двери, но остановилась.