Книга Голубой ключик, страница 113 – Лариса Шубникова

— Отчего ж нет? — отец стал серьезен. — Щелыковым теперь владеет Иван Кутузов. Родня, хоть и дальняя. Виделся с ним в прошлом году, он произвел хорошее впечатление. Неглуп, расторопен и вполне честен. Не лишен благородства, да и хват. Имение восстановил, избавил от долгов. Женился удачно, сын растет.

— Маша, ты хочешь ехать? Так ли уж необходимо? — мать вздрогнула. — Не хочу отпускать тебя туда.

— Матушка, прошу вас, — Мари готова была умолять, чувствуя, что именно там, у колодца, ждет избавление от ледяной ее печали.

— Я отвезу, — отец накрыл ладонью тонкие пальцы матери. — Не тревожься. Да и с Иваном давно уж пора познакомиться ближе. Не чужие.

— Боже мой, — вздохнула Софья. — Мари, я тебя не узнаю. Милая, ты здорова? С лета не видала тебя довольной. Неулыбчива стала, печальна. Голубушка, не стряслось ли беды?

— Нет-нет, — Мари качала головой, потупившись: лгать не любила, да и не умела.

Через половину часа уговоров мать, хоть и с трудом, но согласилась. Решено было ехать другим днем с раннего утра, и Мари принялась ждать. День тянулся бесконечно долго, однако, дал ей возможность все хорошенько обдумать.

Другим днем выехали затемно: отец задремал в теплой карете, а Мари застыла, глядя на заснеженную дорогу в окошко экипажа. Чем ближе подъезжали они к Щелыкову, тем сильнее стучало ее сердце, тем громче слышался нежный шепот: «Ступай к Голубому ключику, не медли».

Насилу дождалась, когда доберутся, и обрадовалась, увидав дом Кутузовых, что стоял на пригорке, удивляя белизной колонн и прозрачностью оконных стекол. С трудом продержалась, пока знакомились с хозяевами в небольшой и уютной гостиной, выдержала и угощение, что подали гостям с дороги, а после ушла под благовидными предлогом, сославшись на усталость после долгой дороги.

В комнате, какую отвели ей радушные хозяева, Мари сняла богатое платье, надела попроще и потеплее, накинула шубку, шапочку, и уж после взглянула на себя в зеркало, в который раз удивившись, как причудливо переплелись в ней черты матери и отца: синие глаза и смоляные волосы.

Выскользнула из комнаты, спустилась по лестнице тихо, как учил ее матушкин кучер, веселый дядька Герасим. Оказавшись в передней, юркнула за дверь и бегом через сугробы в лес, какой светился алым закатом.

— Да что же это? — Мари бежала, слыша колдовской шепот… — Знала бы тетенька Вера, что бегаю по лесу одна, в обморок бы упала.

Вскоре меж деревьев показался колодец, в каком сияла голубая водица, будто звала девушку, манила к себе. Быстроногая Мари очень скоро добралась до Ключика и встала рядом с ним, ожидая того, к чему так стремилась.

Меж тем по поляне прошелестел ледяной ветер, заставив высокие ели поклониться, а потом из чащи показался старик: шуба из вьюги, борода из инея.

— Карачун... — прошептала Мари, не в силах двинуться.

— Тепло тебе? — спросил тихо древний.

Девушка покачала головой, чувствуя, как сковывает холодом руки, ноги, спину...

— Не тепло, — ответила негромко, глядя в страшные глаза Карачуна, — но и не холодно.

— Вон как, — древний оперся на страшный свой посох. — Иначе и быть не могло. Из любви родилась, в ней жила, с того и не заледенела. Я ведь ворожил на тебя, Марья, хотел помстить, сделать сердце твое ледяным и забрать к себе внучкой Снегуркой. А ты вон не замерзла, искра тепла в тебе светит ярко, не гаснет никак. Ну что? Боишься меня?