Книга Браслет княгини Гагариной, страница 121 – Ольга Баскова

— Может быть, вы отдадите мне флешку? — робко спросил Виталий. — Уверяю вас, о нашем разговоре я рассказал вам все.

— Я предпочел бы сам в этом убедиться. — Щеголев направился к машине. — К тому же вам нечего бояться. Ну, поехали.

Карташов опустился на переднее сиденье, лихорадочно пытаясь вспомнить беседу с Дарьей до мелочей. Есть ли там какой‐нибудь компромат? К сожалению, этого он не помнил.

Виктор получил бумагу, переданную ему оперативниками, в которой черным по белому было написано: Ирина Александровна Рогова подала заявление в Светлогорский ЗАГС, чтобы зарегистрировать брак с Уве Мякиненом, обрусевшим финном, проживавшим в Светлогорске. Видимо, пара дала взятку, и их должны были расписать через три дня, хотя никаких оснований для этого не было. Винниченко тут же созвонился с начальником местной милиции и попросил задержать Рогову как подозреваемую в убийстве и по возможности срочно доставить ее в Выборнов. Сам же он намеревался отправиться на поиски врача Раисы Готовченко, чтобы поговорить с ней и выяснить кое‐какие детали этого запутанного дела. Начальник отделения предоставил ему автомобиль, и они с Лещевым отправились в поселок к брату покойной.

— Вы уверены, что Роман Дашкевич причастен к этой истории? — поинтересовался Виталий, протирая платком слезящиеся от недосыпа глаза.

— Не знаю, — честно признался следователь, — но чутье мне подсказывает, что докторша может быть там. Если я не ошибаюсь и мы застанем эту парочку вместе, у нас появится возможность наконец все выяснить.

Лещев вздохнул:

— Хотелось бы. Я, честно говоря, уже порядком устал от всего этого. Как вы думаете, скоро все закончится?

— Я уже сказал тебе: думаю, скоро, — недовольно отозвался Винниченко, смотря в окно на грустную осеннюю природу. Снова с утра моросил дождь, нудный, противный, сразу делая улицы серыми и неприглядными. Лишь деревья подчеркивали красоту осени, щедро усыпая мостовые желтыми, красными и оранжевыми листьями. Кое-где еще зеленела трава, но Виктор знал: скоро ударят морозы — и она пожухнет, спрячется до весны. Кое-где краснели гроздья рябины, еще не съеденные птицами, и Винниченко вспомнил, как в детстве любил жевать красные кисловато-терпкие ягоды. Может быть, они заменяли ему витамины? Словно почувствовав его осеннее настроение, Лещев неожиданно сменил тему и произнес:

— Быстро время летит. Как листья с деревьев. Скоро зима. Мы с вами природой любуемся через окно милицейского автомобиля. Разве это дело? Мне хотелось бы куда‐нибудь завеяться с девушкой, погулять по парку, побродить по шуршащей листве, покормить уток.

— С Дашей? — лукаво улыбнувшись, поинтересовался следователь. Лещев покраснел, как провинившийся школьник.

— А хотя бы и с ней. Чем плохо? Она нормальная девчонка. Вы же ее уже не подозреваете?

— Не подозреваю, — признался Виктор. — Мне самому хотелось бы поехать на дачу, к тестю и теще. Там такая банька — закачаешься. Жена говорит, тесть рыбку навялил, вот бы ее с пивком… — Он мечтательно закрыл глаза. — Знаешь, у тещи огромный погреб. Там разных варений и солений не счесть. Я, признаться, соскучился по ее грибам и огурчикам. Да и картошечка у них знатная, белая, рассыпчатая. Мы ее в кожуре варим или на костре печем, а потом с солеными грибочками, помидорчиками и огурчиками едим. Теща большую рыбу на куски режет, солит и закручивает в масле. Никогда ничего вкусней не ел.