Книга Предел терпения, страница 108 – Челси Бикер

— И ты рассказала мужу? – Она взглянула в сторону моего дома, от окон которого исходило теплое сияние света и жизни.

— Нет.

— Совсем ничего? Вообще? Он буквально ничего не знает?

— Я сказала ему, что они погибли в автокатастрофе. Что у меня были отличные родители, но потом они трагически погибли. – Джейн покачала головой. Не одобряет меня? – Я не хотела идти по жизни обремененная виной. Слушай, мне совсем не улыбается нести эту историю через всю мою жизнь. Я хочу, чтобы люди, глядя на меня, видели только меня, а не безумную историю Клов. Иначе они начнут меня жалеть, делать обо мне какие-то свои выводы. Не желаю, чтобы мои дети росли с такой родословной.

— У меня слишком много вопросов, – сказала Джейн. – Например, разве муж не может тебя загуглить?

— Он даже не знает моего настоящего имени. Официально я пропала без вести.

— А что произойдет, если я сделаю запрос на твое настоящее имя в интернете?

— О, тебе вывалится куча фактически неточных статей, делающих из моей матери маньяка-убийцу, и несколько моих детских фотографий. На них я кажусь совсем маленькой рядом с отцом, который, кстати, выглядел как кинозвезда. Делу моей матери это скорее навредило. Там будет сказано, что я пропала без вести, предположительно погибла.

— И как же ты, типа, существуешь с юридической точки зрения?

Я могла бы рассказать ей о Селине и Кристине, их останках, которые покоятся где-то на дне океана. Что стало с их костями в соленой воде?

Но об этом знал только Мясник, и этого было более чем достаточно.

— Ты очень любопытна.

— Ненавижу, когда у меня нет полной информации. Тогда мозг не может расслабиться. Мне нужна вся история целиком. Вот почему, если я берусь за книгу, мне приходится читать не отрываясь, так что два дня могут просто выпасть из жизни, чтобы мозг получил немедленное удовлетворение от развязки.

— Иногда проще не знать всей истории.

— Знаешь ты ее или нет, она от этого не перестает существовать. Если ее не рассказывать, она не исчезнет. Думаю, ты и сама понимаешь.

— У меня все было хорошо, пока мне не написала мать, – призналась я, – и все снова закрутилось. Я, наверное, и в тебя врезалась только потому, что в то утро получила от нее письмо и сходила с ума. Сомневаюсь, что мы вообще встретились бы, если бы мать решила разобраться со своим делом самостоятельно. Но она нашла меня. И хочет моей помощи. У меня есть время до конца лета, прежде чем она вместе с адвокатом обнародует правду обо мне, и тогда это будет преследовать моих детей всю оставшуюся жизнь. Ради побега я предприняла некоторые действия, на которые могут косо посмотреть с юридической точки зрения. И всё потому, что один мужчина не сумел разобраться со своими эмоциональными проблемами, не смог контролировать свой гнев. Насилие порождает насилие, и так до бесконечности.

— Ого, ладно. Значит, твой папа умер. А мама жива. Но сидит в тюрьме с тех пор, как ты была еще подростком. – Джейн помолчала, собирая информацию воедино. Вероятно, ей хотелось выскочить из машины и убежать. – Как думаешь, твоя мать заслуживает тюремного заключения?

— Мой парень – Мясник, о котором я тебе рассказывала, – считал меня чудовищем из-за того, что я ей не помогаю. Но знаешь, чего он не мог уяснить? Мать нанесла мне непоправимый ущерб. Я заплатила высокую цену за то, что была их дочерью, ее дочерью. И я знала, что мать никогда не изменится. Что, хотя отец был безумен, она тоже была безумна. Такое насилие заражает все вокруг. Легче просто отсечь зараженную часть тела.