Книга Тень моей сестры, страница 116 – Дженюари Гилкрист

Проведя рукой по подлокотнику кресла, я напомнила себе, что я в доме Уиффи, что все позади. Нет, не совсем. Почти.

Внезапно меня снова охватил страх, и я вздрогнула, словно меня укололи булавкой. Что, если Уиффи не захочет видеть меня? Что, если позор и унижение, которые навлек на меня этот скандал, оттолкнули ее от меня? Или, что еще хуже, вся эта церемония была нужна лишь для того, чтобы вызвать полицию?

Нет, я не вернусь в приют. Ни за что на свете. Вскочив на ноги, я распахнула дверь и столкнулась нос к носу со стоящей за ней Уиффи.

Розовое кружево обрамляло ее шею, а лиф платья был сделан из ткани, напоминающей сахарную вату. Она выглядела свежей, мерзости жизни не наложили на нее свой отпечаток.

Скользнув взглядом по моему платью, туфлям и прическе, она шумно вздохнула и закрыла глаза, но, когда вновь открыла их, взор ее был ясным и спокойным, как всегда.

— Подготовьте комнату для гостей, – отдала она распоряжение маячившему у нее за спиной дворецкому.

Взяв под локоть, она внимательно посмотрела на меня.

— Как ты…

Губы у меня задрожали. Я поняла, почему Уиффи не закончила фразу. Я действительно была не в своей тарелке. Волосы начали отрастать, но были еще недостаточно длинными, чтобы уложить их в прическу, да и шпилек у меня не было, поэтому пряди неряшливо ниспадали мне на лицо.

Сделав два неуверенных шага, Уиффи протянула ко мне руки, и я вздрогнула, не понимая, что она собирается делать.

— Дорогая, – руки Уиффи обхватили мою шею, и она разрыдалась, уткнув лицо мне в волосы. – Моя храбрая, умная Аделаида. Я с тобой. Здесь ты в безопасности. Никто не заберет тебя у меня. Обещаю.

Я продолжала стоять неподвижно, как статуя. Отстранившись, Уиффи принялась изучать меня. Ее бурная реакция словно забрала у меня остаток сил. Пол под ногами закачался. В голове не осталось ни одной ясной мысли, и мне казалось, что если сейчас я посмотрюсь в зеркало, то увижу не свое изображение, а глядящую на меня Викторию.

— Пойдем наверх, – кивнула Уиффи. – Сара приготовит тебе ванну. А потом, когда хорошенько выспишься, ты почувствуешь себя лучше.

* * *

— Я сожгла твое платье, – объявила Уиффи, раздвигая шторы. В ярком луче солнца плясали пылинки.

Я повернулась на другой бок.

— Спасибо.

— Я хотела сделать как лучше.

Я промолчала. У меня не осталось никаких чувств.

Тишина сгустилась, но я знала, что Уиффи не ушла. Сев на кровать, она взяла меня за обе руки.

— Ты умеешь стрелять?

Ее вопрос удивил меня. Я оперлась на локоть и увидела лежащий на кровати револьвер с перламутровой рукояткой.

— Я хочу, чтобы ты взяла его. Только… после того, как пообещаешь мне кое-что.

Она замолчала. Я продолжала смотреть на пистолет, словно он гипнотизировал меня. Положив на него руку, я почувствовала покалывание в пальцах.

— Посмотри на меня, – приказала Уиффи. Взгляд ее был жестким. – Я оставлю его у тебя. Он не заряжен. Патроны в этой коробке. Так ты умеешь стрелять?

Я кивнула. Моррис частенько брал нас на огород и учил охотиться на кроликов. «Любой человек должен уметь стрелять», – говорил он, подмигивая. Милый мой Моррис.

— Только из ружья.

Уиффи удивленно посмотрела на меня.

— Это, конечно, не маузер, но зато прост в обращении, – криво усмехнулась она.

Некоторое время мы сидели молча. После не прекращающегося ни на мгновение шума приюта тишина здесь казалась оглушительной. За стеной слышались приглушенные шаги слуг.