Книга Дом кости и дождя, страница 167 – Габино Иглесиас

—

Краткое воссоединение

Выстрелы

Самая тяжелая вещь во вселенной

Угроза

Выстрел наугад

Мы снова сидели за столом у Бимбо. Ужасный диван исчез.

— Я тут увидел своего соседа через три дома – он спиливал ветки с деревьев, и попросил у него его ручную пилу, – сказал Бимбо. – Время какое-то потратил, но распилил эту херню на куски достаточно мелкие, чтобы растолкать по мешкам, которые лежат у меня под раковиной. Потом уложил все это в багажник моей тачки и избавился от этого мусора. Проспал всего пару часов, но оно того стоило. Я не хотел, чтобы эта хрень стояла тут.

На кухне появилась Альтаграсия с телефоном в руке. На ней, как и всегда, была одна из футболок Бимбо. Она помахала нам, по ее лицу гуляла печальная улыбка. Бимбо спросил у нее, не привезти ли ей риса и парочки рулетов с яйцом и свининой. Она отрицательно покачала головой, Бимбо приник к ней и соблазнительным голосом сказал:

— Ну, хорошо. Ты уверена, что не хочешь, чтобы я привез тебе хоть что-нибудь?

Альтаграсия снова отрицательно покачала головой, взяла воду и исчезла в комнате Бимбо.

— Давайте поедем на моей, – сказал Пол. – Без обид, Б, но я больше никогда не хочу ездить в твоей машине.

Пол припарковался в двух кварталах от дома Бимбо, так что нам пришлось идти до машины на своих двоих. Вдруг за нашими спинами раздался рев двигателя. А потом послышались выстрелы.

БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!

Я рухнул на тротуар. От удара у меня перехватило дыхание. Задребезжали стекла в окнах. Рядом с моей головой оторвался кусок от тротуара и отлетел в сторону, подняв серую пыль. Часть ее осела на меня. Это было что-то.

Мое сердце взорвалось.

Блядь.

Прозвучали еще два выстрела, словно сердитая запоздалая мысль, а движок добавил еще обороты.

Я поднял голову. Я должен был видеть.

Машина мчалась к концу улицы.

Белая «Лумина».

— Таво! – услышал я крик Пола. Он был в нескольких футах от меня, стоял на коленях за синей машиной. Смотрел куда-то мимо меня. Бимбо сидел в нескольких футах от него ближе ко мне, оглядывался, обхватив голову руками, словно в любую секунду ожидал новых выстрелов.

В ушах у меня звенело.

Я оглянулся, поискал глазами Таво. Он лежал лицом вниз на асфальте. В луже крови.

Невзирая на жару, холод окутал меня. Я подбежал к Таво, опустился рядом с ним на колени. Ухватил его за плечо, перевернул на спину, выкрикивая его имя, хотя у меня и в мыслях не было кричать.

Нижняя часть лица Таво была залита кровью. На его лице справа от носа была дыра. Его футболка напиталась кровью. Его глаза бешено вращались, смотрели сразу и туда, и сюда.

— Я с тобой, Т, я с тобой, – сказал я. Он услышал. Посмотрел на меня. – Таво! Таво.

Таво издал какой-то звук и затих. Его глаза помутнели. Я вскрикнул. Пол оказался рядом, он наклонился, поправил футболку на Таво.

Воздух вокруг меня сгустился до такой степени, что я не мог дышать.

Прекрасная душа Таво ушла, его тело превратилось в дряблый мешок костей.

Я снова закричал, прижал Таво к себе, пытаясь удержать его с нами.

Утрата стала самой тяжелой вещью во вселенной. Бимбо и Пол разговаривали о чем-то, но их голоса звучали как неразборчивый шум, который плавал в воздухе вокруг меня. Я не мог дышать. Горячий камень ненависти образовался у меня в животе, выпустил что-то вроде недоразвитых ног и принялся карабкаться к моему горлу.